Карат. Чёрное сердце

Не будет сна, не будет отдыха, он снова пропадет, чтобы отыскать каждого, кто причастен к этой трагедии. И наказать. Жестоко.

— …Это ведь связано с тем, что произошло в Париже? — тихо обратился к Карату Сапфир, когда мы всё-таки двинулись в сторону дома.

— Возможно.

— Думаешь, люди смогли так быстро последовать за нами?

— Может, всегда кто-то был рядом. Или это нам подобные.

Сапфир только поджал губы, словно сдержал рычание внутри себя, но, судя по тому взгляду, которым он окинул окружающий и на этой стороне зеленый лес, становилось ясно, что спать он не будет и будет наготове.

"— Ведь ты знал, что Мишка беременна? — тихо прошептала я, склонившись к Карату, пока мы шли рядом, впервые осознанно обратившись к нему на «ты», что мужчина, конечно же, тут же заметил, отчего его глаза полыхнули обжигающе зеленым и таким страстным. — Именно об этом ты собирался сказать дома, если бы всё пошло иначе?

— Да, детка.

Несмотря на напряженность момента и общую усталость и измотанность, Карат соблазнительно улыбнулся, делая шаг ближе, чтобы теперь мы соприкасались руками, даже если продолжали идти вперед, тихо промурлыкав:

— Хочешь, понесу тебя на руках?

Я только успела покраснеть, но не успела даже пискнуть, как раздался рык отца:

— А с тобой я еще не закончил! Вот перекушу рыбой, найду свой топор и отчикаю от тебя на хрен всё лишнее!

Карат только рассмеялся, отступая на шаг в сторону, когда я пихнула его в бок, а отец зарычал еще громче.

— Полегче, бать! — раздался откуда-то сзади голос Лютого. — Его конечности нам еще будут нужны!

— Четыре! Четыре чертовы кривые конечности! Пятую я отхерачу!

— Если ты про нос, друг мой, то чем он тебе не угодил? — как всегда, напевно и лукаво отозвался Карат, хотя, конечно же, все поняли, о какой «конечности» идет речь.

— Повякай мне еще, упырь членистоногий!

**********************

Дом Сумрака был простой, большой и теплый. Такой, каким был его хозяин.

Здесь было уютно всем и на всех хватило места, даже несмотря на то что все чувствовали себя неловко, оттого что стеснили хозяина, который явно привык к одиночеству.

— И думать об этом забудьте! Вы все наши дети! — только бурчал Сумрак на все наши извинения, но тут же улыбался так красиво и, наверное, даже немного смущенно.

— Это ты зря сказал, брат! — папа уже сидел на кухне, уплетая всё, что только нашлось готовое в подполе у Сумрака, который не пользовался холодильником, а по старинке хранил всё у земли.