2
0Начиная, черт возьми, с меня!
Не знаю, специально или нет, но моя комната была этажом ниже комнаты Карата, но на одном этаже с Сапфиром и Мишкой.
Первым делом с облегчением облачившись в свою одежду, какой бы простой и невзрачной она ни была для этих мест, я поняла, что не могу найти себе места. Без Карата.
Слова Марианны крутились в голове отголосками странных ощущений, что каждое ее слово ранило того, чье сердце не знало пощады, даже несмотря на то что Карат не выказывал никаких эмоций.
Не знаю, чего я боялась, оставшись без него.
Не обнаружить его утром перед отлетом?
Понять, что он снова ушел, чтобы пожертвовать собой, оставляя после себя горечь слов тех людей, которые будут фыркать и говорить, что он заслужил всё, что с ним только ни произойдет? Чтобы слышать слова папы о том, что он вернется, когда ему вздумается?
…А если не вернется?
Этот день неожиданно и больно показал мне, как я боюсь потерять его.
Поэтому сомнений не было, когда я выскользнула из своего номера, босыми ногами бесшумно пробежав по этажу, чтобы выбраться на запасную лестницу и по ней подняться на этаж выше. Туда, где был номер Карата.
Я не знала, где именно располагалась эта комната, прислушиваясь только к себе и собственным ощущениям, чтобы разыскать его, неуверенная в том, получится ли у меня, но застывая на месте, словно воришка, когда услышала уже знакомые, хоть и едва различимые голоса.
— Нашел что-нибудь стоящее? — голос Карата был, как всегда, ленивым и мурчащим, но сейчас отдавал той сталью, которая выдавала в нем интерес.
— Он не живет в том доме. Нет ничего, что показывало бы на его присутствие. Возможно, приезжает, но, видимо, крайне редко.
А вот голос Урана я была не готова услышать, распахнув глаза и теперь понимая, что Палач оказался здесь не просто так, а, видимо, по просьбе Карата, о чем не знал даже Марс.
Как не знал и того, что в этот момент его брат был в отеле, хотя оставил нас на улицах возле пруда, несмотря на свои габариты и рост мастерски скрываясь в улочках Парижа, в тот момент, когда мы загружались в такси.
— Совсем ничего?
— Только имя. Габриэль.
— Я благодарен тебе за помощь, Уран.
Эти слова Карат произнес учтиво и совершенно искренне, на что Палач только отозвался, как всегда, максимально сдержанно и сухо:
— В этой войне мы на одной стороне.
Казалось, словно Уран не способен чувствовать совершенно ничего, если бы не эта ситуация с Марией сегодня, которая открыла в грозном беспощадном Палаче то, что не ожидал увидеть никто из нас. Кажется, даже Марс.
Когда стало тихо, я поняла, что их разговор окончен и, вероятнее всего, Уран растворился в ночи, что умел делать подобно призраку, не оставляя после себя никаких следов, и осторожно пошла вперед, останавливаясь у двери, за которой ощутила Карата.
