6
0
Отец же в это время повозился у шкафа за моей спиной, и присоединился к нам с бутылкой армянского коньяка, который и разлил по бокалам, стоящим на столе.
— Ну, что, Алексей, — продолжил дед, — все формальности соблюдены, информация о тебе в СМИ передана. В посольства иностранных держав соответствующие бумаги направлены. Теперь тебе предстоит заново знакомиться со своими друзьями и Светом, но тут уж ты как-нибудь сам. — усмехнулся он. — Справишься?
— Справлюсь. — кивнул я.
— Думаю, это повторное знакомство пройдёт даже глаже, чем в качестве князя Пожарского. — продолжил дед. — Как я понял, жить ты будешь у себя в особняке?
— Да.
— Хорошо. Только нас не забывай. — он уставился вопросительно, а я опять кивнул. — Для тебя подготовлена «Волга» с нашими гербами, теперь передвигаться будешь только на ней. Охрана прилагается. Надеюсь, больше ротмистр Михеев не будет отстраняться от исполнения своих обязанностей?
— Не будет. — пообещал я.
— Очень на это надеюсь. — чуть улыбнулся Император. — А теперь, Алексей, поговорим о вещах более серьёзных. Пришло к тебе понимание, что сейчас ты себе принадлежишь лишь отчасти? Ты второй в очереди престолонаследия Российской Империи, и, следовательно, у тебя есть не только права, но и обязанности? — я опять кивнул. — А значит, тебе всегда придётся думать прежде всего о своём Роде, об Империи, а уже только потом о себе. И это должно проявляться даже в мелочах. — они с отцом смотрели на меня серьёзно. — Я понимаю, что поначалу тебе будет трудно, непривычно, местами даже болезненно, но ты, Алексей, должен привыкнуть и не допускать недостойного тебя и нашего Рода поведения. Текст присяги помнишь?
— Помню.
— Принял? Принял. Вот и следуй ей даже вне рамок службы. — дед вздохнул. — Твой отец ещё и присягу Цесаревича давал, когда я Императором стал. Вот помру, и ты, даст бог, её примешь. — он откинулся на спинку кресла и о чём-то задумался. Мы с отцом молчали. — Так, Алексей, — дед снова выпрямился, — теперь поговорим о неприятных вещах, но перед этим ты должен пообещать мне, что постараешься воспринять их как взрослый человек, и не будешь делать скоропалительных выводов.
Честно говоря, последние слова деда меня сильно насторожили, да и короткого взгляда на отца мне хватило, чтобы увидеть его напряжение.
— Постараюсь… — протянул я."
"Дед вздохнул и продолжил:
— Помнишь, ты бабушке позвонил по поводу своего друга, Александра Петрова? — после этого вопроса в груди у меня похолодело от нехороших предчувствий. — Так вот. Этот разговор твоя бабушка передала мне, я провел расследование, предметом которого стали отношения твоей сестры и этого Петрова.
