Герцог и я

Откашлявшись, он переспросил:

– Кто эти грозные «они», которыми ты меня так напугал?

– Скоро сам убедишься – матери!

Саймон пожал плечами.

– К сожалению, я не знал свою матушку. Но я не совсем понимаю…

– Скоро поймешь! Матери юных невест! Не женщины, но огнедышащие драконы! От них нигде не укроешься. И должен тебе признаться: моя родительница – одна из самых опасных.

– Боже мой, а я-то полагал, что самое опасное место – в джунглях Амазонки.

Энтони бросил на приятеля неодобрительный взгляд:

– Будет не до шуток, когда тебя стреножит одна из таких матрон вместе со своей тщедушной дочкой в белом наряде и принудит к бесконечному разговору о погоде, балах и лентах для волос.

Саймон усмехнулся:

– Если не ошибаюсь, за время моего отсутствия ты превратился в истинного великосветского шалопая? То есть, прости, джентльмена.

– Видит бог, я этого не хотел! Будь моя воля, я держался бы в ста милях от общества, избегал бы его как чумы. Но моя сестра в прошлом году начала выезжать в свет, и я просто обязан впрячься в эту колесницу.

– Ты говоришь о Дафне?

– Как, вы были знакомы?

– Нет, но сестра отправляла тебе письма, когда мы учились еще в школе, и я запомнил, что она родилась четвертой в семье, а значит, ее имя на «Д».

– Верно. Наш семейный метод давать имена детям. Эффективен при амнезии – не забудешь, как кого зовут.

Саймон рассмеялся:

– Ваше изобретение – самое крупное в Англии после паровой машины Уатта.

– Согласен, – скромно кивнул Энтони и, наклонившись к другу, сказал: – Мне пришла в голову смелая мысль: на этой неделе у нас состоится семейный обед – почему бы тебе не присоединиться к нам?

Брови Саймона слегка приподнялись.

– Ты же нарисовал страшную картину, пугая меня драконами в образе матерей и девиц на выданье, разве не так?

– Ну, мать я возьму на себя, не спущу с нее глаз, а насчет Дафны изволь не волноваться – она не из таких. Счастливое исключение, которое лишь подтверждает правило. Тебе она наверняка понравится.

Глаза Саймона недоверчиво сузились: не играет ли с ним приятель? Не пытается ли заманить в ловушку?

Энтони угадал ход его мыслей и со смехом произнес:

– Господи, уж не подозреваешь ли ты, что я в сговоре с матушкой?

Саймон промолчал.

– Ты для Дафны совсем не подходишь, – продолжал Энтони.

– Почему это? – удивился Саймон.

– Слишком погружен в себя. Всегда был таким, насколько я помню.