»
— Вам плохо? — подошедшая с подносом в руках официантка изучающе уставилась на моё лицо. — Может воды, или помочь выйти на свежий возух?
— Нет. Нет, спасибо, — человеческий голос выдернул меня из-под накрывшего с головой ужаса. — Все в порядке.
Девушка поставила передо мной заказанный салат и драники, и, ободряюще улыбнувшись, отошла.
Я уперла локти в стол и уткнулась лицом в ладони — надо успокоиться. Он просто издевается надо мной. Мне не стоит так пугаться.
Снова замигало сообщение:
«Ты провинилась, киса. Убежала из нашего с тобой уютного дома, хотя я запрещал.
Сердце заколотилось в сумасшедшем ритме. Похолодевшими пальцами я отодвинула тарелку и уставилась в окно. По тротуару все так же спешили прохожие, не обращая никакого внимания на мою белеющую за стеклом физиономию. Возле решетки парка две старушки кормили слетевшихся со всей округи голубей. От остановки отчалил неспешный автобус. Все, как обычно. Нормальная жизнь…
Я длинно выдохнула, пытаясь вместе с воздухом спустить не поддающийся объяснению иррациональный, панический страх.
Телефон снова завибрировал входящим звонком.
— Павла, где ты? — тревога в требовательном мужском голосе, заставила меня облегченно прикрыть глаза.
— Я недалеко. Забери меня отсюда, — слова вывалились из трясущихся губ раньше, чем я успела что-то подумать.
— Сейчас приеду. Вокруг тебя есть люди?"
"— Да, я внутри кафе. Тут посетители. Все нормально. Я… не знаю, зачем попросила… Не надо приезжать, Платон Александрович, — от звука его голоса я стремительно начала приходить в себя и появилась способность логично мыслить.
— Не клади трубку. Павла, поговори со мной. Как называется кафе?
— Кафе «Береста». Адрес я не знаю. Не надо приезжать! — теперь я почти визжала в истерике, мгновенно сменившей недавнее состояние паники.
— Не надо адрес. Не вздумай никуда выходить и не клади трубку, — требовательно скомандовал он. И продолжил уже мягче:
— Ты успела поесть? Расскажи, что ты себе заказала…?
Через несколько минут у тротуара напротив кафе остановился сверкающий чистыми боками темный седан и из него, держа трубку возле уха, вышел Патон Александрович.
Все это время я так и сидела, поставив локти на стол. Положила телефон перед собой, включила громкую связь, и отвечала на его вопросы о еде и интерьере кафе. Еще зажимала пальцами глаза, пытаясь не дать слезам хлынуть из меня фонтаном.









