Терлась, как кошка, тяжело пульсировавшей промежностью, впивалась ноготками в плечи и спину, тихо постанывала, пока умелый рот нежно посасывал, язык облизывал, а зубы мягко прикусывали, повергая меня в пучину волшебных переживаний. Снова этот упоительный полет в сверкающую пропасть, наполненную удовольствием, восхитительное ощущение принадлежности этому мужчине, от которого кружилась голова и внутри все дрожало и переливалось. Мне не нужен никто кроме моего демона, и как же сладко, что ему нужна только я одна…
Всего на несколько мгновений Саша оторвался от увлекательного занятия и моей груди, легко приподнял за талию, и наши взгляды встретились.
И снова плавные движения, и одно на двоих наслаждение, нарастающее с каждым толчком, до пронзительного, нереального чувства счастья, от которого хотелось кричать в голос. Я и кричала, захлебываясь от ликования, царапая сильные плечи и снова и снова отдаваясь моему мужчине, самому любимому и единственному. Ох, кажется, в какой-то момент я была на грани того, чтобы потерять сознание от шквала переживаний, но — обошлось, я лишь безвольно обмякла, закрыв глаза и прислонившись к плечу. Все, на что меня хватило, это едва слышно прошептать всего одно слово:
— Да…
Ох.
После разговора с Сашей Руслан почувствовал, как изнутри поднимается волна холодной ярости, граничившей с бешенством. Сегодняшние проблемы с получением груза с таможни получили подтверждение этим звонком, и, молча поднявшись с дивана, Рус вышел из гостиной, стремительным шагом направившись в кабинет. Не хотелось при Арине ругаться, хотя она, умница, просто проводила взглядом, не задавая вопросов.
Закрыв за собой дверь кабинета, Руслан вернулся из приятных размышлений и набрал номер Тараса, стараясь дышать глубоко и размеренно — эмоции могли сейчас только помешать.
— Слушаю, Русик, — раздался в трубке бодрый до отвращения голос.









