Княжна попаданка. Последняя из рода

Князь меня наклонил вбок, так чтобы посмотреть, не сошла ли я с ума.

— Допросить? — дуэтом переспросили, видимо, они с духами не общаются, вот так сюрприз.

— Ну да! Я же с ним ночь провела, сам себя он принести в этот дом не смог бы, кто-то ритуалами, или как там это называется, его силу поддерживал. Хотели переселить в кого-то похожего на вас двоих? Или зачем он нужен? Надо узнать, кто из живых к этому причастен!

Надо было видеть, как многозначительно они переглянулись, по лицу Фирса поняла, что и князь задумался. А я даже удивилась, неужели эти очевидные вопросы их сейчас не волнуют? И они только тем и озадачены, куда меня спрятать?

— Катерина права, и вот как мы поступим.

Эту табакерку посади в камеру, как преступника, в самый нижний ярус, ключ себе забери. Скажи, что преступник лютый и никто не смеет его видеть. Как время придёт, может, и допросим, но после того как узнаем, что он не опасен. Не думал, что призрака можно допросить, они же вроде как редко правду говорят, но попробовать можно. Отца Нестора попросим.

Фирс хмыкнул, его конь нервно дёрнулся. Да уж, табакерку надо бы быстрее куда-то спрятать.

Феня только шепнул мне: «Правильно, туда его!»

— Слушаюсь, тогда я поеду, самые надёжные казематы в Центральной слободе от Магической управы запишу, смею надеяться, что на смех меня не поднимут.

— А ты им табакерку открой, пусть повеселятся! — крикнул князь и заставил коня двигаться вперёд к мосту. Фирс свернул в другую сторону и поспешил своей дорогой.

— А со мной как? — не хочется тоже в тюрьму-то. Второй сопровождающий проехал вперёд, чтобы на мосту расчистить проезд, но мы замешкались и попали в небольшую пробку, вот я и воспользовалась моментом, признаться решила надавить на жалость.

— Себе заберу. Ксения случайно попала на бал, и я её видел незадолго до гибели, и ты напоминаешь её так, как летний лес напоминает зимний. Как бы постыдно ни звучали мои слова, но её обозвали чучелом, а тебя чучелом назвать язык не повернётся, больно уж красивая.

— А кому больно? — слишком много иронии в моём голосе.

— Не задирайся, ишь ведёшь себя, как дружинник, слишком смелая, — проворчал, но без злости.

— Можно я в свою защиту выскажусь, а? Притормози коня, Дмитрий Васильевич!

— После моста! — он, наоборот, заставил животное двигаться быстрее, мы почти влетели на мост, впереди плетутся две гружёные телеги и расчистили нам дорогу от суетных пешеходов.

Замечаю, как все с любопытством меня рассматривают, да и князя, он тут фигура приметная. Завтра сплетни поползут…

Проехали мост, телеги снова перегородили проезд, нам невольно пришлось остановиться.

— Я догадываюсь, что вы обо мне думаете, но я зла никому не желаю, возможно, я действительно Ксения, и после ледяной воды ничего не помню.