Княжна попаданка. Последняя из рода

Эх! Кто же тут тёмную дыру открыл, кому всё неймётся-то жить в мире и покое? — проворчал, посадил на пыльное кресло Ксению, а это она или очень на неё похожая молодая женщина. Миниатюрная, очень бледная, личико миловидное, и у Ксении на балу такое же лицо было, оно отчётливо запомнилось в тот момент, когда он освободил её от позорного полона.

— Что же с тобой произошло? Вроде та же самая, но другая. Обратили тебя? Переиначили? Эх, горемыка ты! — у тлеющего камина чайник, в него Дмитрий обмакнул тряпицу, что всегда с собой носит каждый дружинник для перевязки ранений.

А теперь пришлось этим отрезом умыть и привести в чувство девушку.

Разговора не получилось, закрылась или действительно не помнит ничего, но рассматривала дерзновенно, отчего у князя теплом по телу пробежало раздражение. Он о деле поговорит, а она свои женские штучки в ход пускает? И какие штучки, голос, взгляд, действительно необычайно красивая.

От Ксении на балу разило забитостью, она же как испуганный щенок готова была спрятаться под столом и дрожать, поскуливая.

А эта совершенно иная, вроде и положение её незавидное, и одета нищенкой, и сил нет.

Но сколько уверенности в себе и достоинства…

Ещё раз взглянул и промелькнула мысль, что так ведут себя люди, какие пережили смерть, может, и правда в реке ледяной утонула, а очнулась и прежние страхи с неё, как шелуха с лука слетела? Подумал и улыбнулся, представив, что нечисть от неё сама в табакерку решила спрятаться.

Не успел князь продолжить допрос, Фирс вбежал и с испугом в голосе, что с ним крайне редко бывает, позвал посмотреть на что-то ужасное в подполе.

— Что тут у вас?

— Кто-то в доме чёрными делами промышлял.

Вон сейчас Никола посветит лампадой. Туда смотрите, князь! — Фирс опустился на колени около огромного лаза в подполье, и показывает пальцем, куда смотреть, вниз уходят широкие ступени, лампада на верёвке медленно опускается и высвечивает ужасную картину.

Все присутствующие уже видели и затаили дыхание, ожидая реакцию Дмитрия Васильевича. Он же не проронил ни слова, когда световой круг выхватил из темени гроб со старым, ссохшимся трупом. Настолько ужасным, что смотрящие невольно выдохнули брезгливое: «Фу!».

Немного качнув лампаду, Никола показал, что вокруг много останков жертвенных животных, это не иначе, алтарь чернокнижника.

— Вот так находка. Значит, не ошибся я, чернокнижник у нас объявился. Вот и не живётся людям спокойно, надо гадость устроить. Дом заброшенный, слава о нём нехорошая давно была, но по мелочи, вот его и захватил неизвестный, что б ему. Нашёл же могилу, не поленился и раскопал.

— Да, Ваша светлость, холодно, вот вони и не чувствовалось.