2
0
Моя спина касается чего-то мягкого, матраса. Мы в его спальне, я знаю, потому что смотритель дома сказал мне об этом во время экскурсии, на которой я настояла, пока ждала возвращения Дэниела.
Лондон напугал меня. Лондон был полон фальшивых фасадов, разбитых мечтаний и необратимых травм.
Но не тогда, когда он в нем.
Теперь он волнует меня. Мне хочется вернуться в то время, когда главным событием моего дня было препирательство с ним.
Я хотела бы сказать ему: «Ты неудачник, значит, ты единственный человек, который меня раздражает».
Отвали — означало подойди ближе.
Я тебя ненавижу — значит, ты мне нравишься, я скучаю по тебе, я люблю тебя.
Все еще целуя меня, он отбрасывает мою шаль и пробирается рукой мне за спину, разрывая платье.
Потом на пол падает платье, а за ним лифчик и трусики. Я полностью обнажена перед его свирепыми глазами, но это не вызывает даже намека на приступ паники.
В моей груди происходит другая атака. Сердце. Жизнь."
"А то, как он смотрит на меня? Это не что иное, как вожделение и страсть. Я чувствую себя глупо, думая, что я его оттолкну, что он не захочет прикоснуться ко мне.
Дэниел практически распахивает рубашку, обнажая мускулистый пресс и гладкую грудь.
Этот красивый мужчина мой.
Полностью мой.
И он закрывает эту мысль, когда его губы находят мой сосок. Он сосет тугой бутон между зубами, пока я не начинаю извиваться и выгибаться на кровати в поисках большего.
— Ох, Дэн…
Он медленно поднимает голову, упираясь подбородком в мягкую плоть моей груди.
— Повтори. Мое имя.
— Дэн…
— Скажи, что ты хочешь меня, Персик.
— Я хочу тебя. Всегда хотела.
— Блядь. — он скользит пальцами вниз по моему животу и к теплому месту между ног. — Ты вся мокрая, детка.
Я сжимаю губы, не в силах произнести ни слова. Да мне и не нужно. Он доводит меня до оргазма в течение нескольких минут, его пальцы искусно работают с моим ядром и клитором. Он словно знает нужные места, которые сводят меня с ума.
Пока я еще прихожу в себя, Дэниел снимает брюки и трусы-боксеры. Закидывает мои ноги себе на плечи и медленно входит, но так глубоко, задевая приятную точку.
Оргазм растягивается, пока он трахает меня нежно, не торопясь, заполняя меня полностью, прежде чем двигаться.
Мои вздохи и стоны наполняют воздух, так как ритм изводит меня. Это так похоже на то, как он трахал меня в ту ночь одиннадцать лет назад.
После первых жестких и беспощадных, он не торопился, брал меня медленно, смакуя, а я, глупая, думала, что он занимается со мной любовью.
Похоже, я и сейчас глупа, потому что не могу выкинуть этот образ из головы.
Это слово.
Это ощущение.
Мое сердце взлетает, а тело оживает после стольких лет бездействия.
