2
0
Надо отдать ему должное, он действительно пытается не заснуть, качая головой и расширяя глаза, но через тридцать минут он отключается.
Я накрываю его и Лолли, которая спит на его ноге одеялом. Она хнычет и смотрит на меня боковым зрением в стиле королевы драмы, а потом снова погружается в дремоту.
— Ты тоже скучаешь по нему, да? — шепчу я брату, чувствуя, как тяжесть размером с кирпич давит на грудь.
Я не должна скучать по этому проклятому придурку. Не тогда, когда он сделал своей миссией превратить мою жизнь в колоссальный ад. Но пустота, которую я испытывала последние два дня, хуже могильной тишины.
Вздохнув, я убираю приготовленную еду и проскальзываю в его кабинет. Еще одно место, где я могу почувствовать его запах.
Иногда запаха достаточно. Не нужно прикосновений или чего-то еще.
Только запах.
Состоящий из бергамота, лайма и безумной мужественности.
Я бы пошла в его спальню, но не хочу, чтобы меня застали там, если он приедет.
Пространство большое, чистое, с винтажным характером. Полки и стол из прочного темного дерева, а в гостиной стоит один из тех высоких честерфилдов, которые словно сошли с исторического шоу.
Я приступаю к упорядочиванию папок на его столе, хотя там нет особого беспорядка. Затем перехожу к ящикам и замираю, когда открываю первый из них.
Мои пальцы дрожат, а сердце едва не падает к ногам.
Я моргаю раз, два, не в силах поверить в то, что, черт возьми, находится передо мной.
Предмет не исчезает.
Мои пальцы дрожат, когда я обхватываю ими гладкую поверхность и поднимаю вверх.
Это не сон.
Крошечные блестки искусственного снега покачиваются вокруг девушки, и моя грудь так же сильно вздрагивает.
Я переворачиваю снежный шар на всякий случай, вдруг это копия, но инициалы, которые папа выгравировал внизу, чуть не заставляют меня разрыдаться.
Н. А.
Но зачем?
Зачем Дэниелу хранить этот снежный шар… двадцать один год? Он же ясно сказал, что не сохранил его.
Никогда в своих самых смелых мечтах я не могла подумать, что он действительно сохранит его.
— Видно, ты приобрела привычку шпионить.
Я резко вскидываю голову, и горло смыкается.
Дэниел стоит напротив, как мрачный воин в щегольском темно-синем костюме. Сочетание цвета его одежды и его глаз было бы завораживающим, если бы он не был в процессе пожирания меня заживо этими глазами.
Разрывая меня на куски.
Исследуя каждую часть.
— Почему… — мой голос это воздушный вздох, и я сглатываю в беспомощной попытке говорить правильно. — Почему у тебя это?"
"Он движется ко мне несколькими быстрыми шагами, сокращая расстояние, между нами, вместе с любым подобием здравомыслия, за которое я держалась обрубленными, окровавленными пальцами.
Дэниел хватает снежный шар, но я не отпускаю его, и он остается висеть, между нами.
