Маркизетта возвращалась с ночных свиданий окрыленная, счастливая, готовая ходить на встречи с принцем хоть каждую ночь, пусть даже представляясь мной, однако Селебрин все-таки начал о чем-то догадываться. Не просто так он на последнем свидании оставил на шее маркизеты след от страстного поцелуя.
Увидев яркую отметину на бледной коже Димеи, я запаниковала, заметалась по комнате и решила: хватит ходить по острию ножа. До бала несколько дней — как-нибудь отвлеку принца, заболтаю. В крайнем случае, изображу кокетливое равнодушие, а после бала сбегу, и пусть разбираются сами.
Эверий сидел на подоконнике, щурился от солнца и поглядывал на меня из-под ресниц. Я спрятала руки за спиной, подошла к нему и, стараясь не смотреть в глаза, завела разговор.
— Мне неудобно просить, — от смущения еще начала расковыривать пальцем шелковую обивку стула. — Но мне нужен точно такой же след на шее, как у Димеи.
— Всегда рад помочь, — лучезарная улыбка котомага вышла как у Чеширского Кота.
— Точь-в-точь, как две капли воды не получится, но я буду стараться, — вкрадчиво шепнул Эверий на ушко, опаляя дыханием затылок, и не успела я моргнуть, вопрос был решен.
— Теперь ты моя! — притянул он меня к груди, так жадно, что я едва не замурлыкала от счастья и удовольствия. — Я, конечно, не оборотень по крови, но теперь на тебе есть моя метка. Никому тебя не отдам!
От нежного прикосновения гу, я вздрогнула, от долгожданных слов почти растаяла, вот только все это продлилось лишь мгновения, после которых позади меня вновь стоял Снежок.
После того, как мою шею украсила метка, на душе стало легко, спокойно. Естественно, демонстрировать её я никому не собиралась, поэтому выбрала платье с самым скромным вырезом. Оглядела себя в зеркале.
Вышла из своей комнаты и наткнулась на Димею в скромном, целомудренном платье, с белым цветком в руках. Зачастила маркизетта к Светлой. Раньше даже защитного круга не чертила на груди, а теперь сама благочестивость. Как будто подменили мою подопечную.
— Опять в храм? — догадалась я.









