2
0В конце концов, свет в глазницах черепов, освещающих этот зал, не вечен. Сияние проклятых душ быстро истощается, и замена им требуется регулярная…
Убедившись, что Император хоть и раздражен, но вменяем, Верделет решился на риск и перешел от фактов, к тревожным ощущениям:"
"– Мой господин, что-то не так… причем не локально-местечково, а на уровне констант мира. Да и я сегодня проснулся со странной изморозью в груди… А с утра мне доложили, что провалилась цепочка алхимических процессов завязанных на синхронизацию с глобальным Древом. Протухла уникальная микстура “Кара длани Его”, компоненты которой передал через вестника ваш анонимный многоликий доброжелатель.
Тавор слушал вполуха.
Неужели Лаит вернулся? После сотен лет забвения, когда надежда “отыскать и покарать” почти пропала? Когда приманок остается все меньше, души соратников Врага тают одна за другой, и практически не осталось нитей, дернув за которые можно попытаться причинить ему боль… Уничтожены храмы, сгорели иконы, развеян над болотами пепел тел жрецов его, переписана история, искажены факты… Ведь когда бывшего спасителя, сторонника правды, многомиллионная толпа проклинает, как предателя, – это должно ранить в самое сердце, еще как должно!
Тавор прислушался к себе и настороженно замер.
Метка Первостихии вела себя беспокойно. Она перестала до крови вылизывать его душу и лишь вибрировала в унисон его собственному желанию.
Тавор довольно улыбнулся. Наконец, Хаос обратил внимание на его Врага! Беспокойный Лаит в своем стиле – не смог жить спокойно и вновь накосячил, да так, что зацепил интересы Первостихии.
Тавор лишь восхищенно и где-то даже завистливо покачал головой. Хаос бесконечен и индифферентен – как мировой океан у ног ребенка. Тот может долго стегать волны прутиком, но океанская гладь останется спокойна и не заметит потуг беспокойного наглеца.
