А катящаяся по бархатной щеке слеза возбуждала даже сильнее, чем смуглый бархат божественного тела. На мгновение показалось, что мифрил скрипит под напором его плоти…
Приносящий Счастье воспринял паузу как вопрос и коротко качнул головой:
– Нет, незачем перегружать карму. Там тысячи магических существ. Последних существ своего вида – а это весомо. Откат от их убийства будет довольно существенным и сможет исказить удачу на более важных линиях вероятностей. Пусть все идет по плану. Сами передохнут. Да и по Астралу тянется заметный след отчаянья от их ежедневных молитв.
Верделет поспешно склонил голову и беззвучно прошептал искаженную древнюю молитву. Задом наперед, с ударением на каждом шестом слоге:
– …хесебен ан исе ежи шан ечтО…
Помогло, божественное вожделение отпустило, разомкнув липкую хватку на инстинктах демона. Облегченно выдохнув, он затараторил:"
"– Сверхразумно и невероятно дальновидно, мой Повелитель! Наставь раба своего на путь истинный! Ситуация тревожна и непонятна! Все утро приходят новости – одна беспокойней другой. Они складываются во все более пугающую колоду! Из регионов докладывают – наблюдается мощнейший за столетие всплеск веры в Лаи… эээ… веры в лживого бога.
Верделет перелистнул страницу пергамента, и опасаясь смотреть на Тавора, торопливо продолжил:
– В кластерах напряженная ситуация – давление ауры ваших алтарей ощутимо просело. Мирская ересь будоражит умы. На лицах паствы появились морщины! Счастливые улыбки сходят с их лиц, слышен плач младенцев.
Демон на мгновение прервался, торопливо отслеживая реакцию Тавора. Общаться с настоящим, пусть и самозванным богом было не проще, чем в свое время служить Диаволу. Потеря внимания, случайный взгляд или не успевшая подобострастно согнуться в поклоне спина могли привести к мгновенным и фатальным результатам.









