3
0Но все еще предпринимал попытки вернуть дыханию нормальную ритмичность.
Алина первой бросилась приводить Закревича в сознание. Хлестнула в залитое кровью лицо воду, повернула на бок.
— Давай же, скотина… Ты не имеешь права подыхать.
Очухался. Закашлялся. Простонал и снова закашлялся.
А Градского так и подмывало вернуться и продолжить. И если он все же стал зверем — без разницы. Чудовищем. Бешеным псом, который сорвался с цепи. Любым существом.
— Вас ждут большие проблемы, Сергей, — проскрипел седой хлыщ, ведущий у них курс информационных технологий.
""Положить, нахр*н"".
Глянул на старика, как на таракана. Испытал абсолютное безразличие к обещанию, что ему как-то прилетит за содеянное. И не в обычном смысле, к которому он привык. Это гребаное безразличие тоже являлось каким-то яростным. В аудитории, кроме хлыща, возились еще несколько преподавателей. И Градский как будто ждал, чтобы кто-то из них еще что-то вякнул! Надеялся на живую провокацию.
Это было очень, очень хр*ново. Хорошо, что понимание этого все же замаячило где-то на задворках его сознания.
— Где она? — тронул старшую Кузнецову за плечо.
Та помедлила, но все-таки ответила.
— В общежитии.
— Какая комната? — номер блока он помнил.
Повторная раздражающая пауза.
— Четыреста сорок шестая.
— Сергей, боюсь, вы не можете сейчас уйти, — проинформировал тот же хлыщ.
Но Градский уже шел к двери.
— Град? — окликнула его Аля.
— Что?
— Прежде чем ехать к Нике, зайди в уборную и приведи себя в порядок, — тихо попросила и снова склонилась над Закревичем.
Привести себя в порядок оказалось невыполнимой задачей. Лицо, руки и одежда были забрызганы кровью. Пришлось ехать домой. Зато хватило времени немного остыть.
Телефон разрывался. Трезвонила мать. Видимо, и ей уже донесли.
— Слушаю, — из-за долгого молчания голос вышел хриплым.
— Сережа! Боже, где ты находишься? — сорвалась мать. — Тут такое творится! Закревича ""скорая"" увезла. Тебя кругом ищут! Полицию вызвали! Я не знаю, что делать? — зачастила между громкими сиплыми выдохами. — Пришлось папе сообщить. Он уже едет.
— Мама, погоди. Послушай, — остановил ее, сворачивая с проспекта и перестраиваясь в нужную полосу. — Утряси там все, чтобы сегодня тихо было. На завтра собрание факультета собери.
— Да ты что!
— Мама, мам, слушай меня. Узнай, не звонил ли кто-то в общагу? Мне нужно, чтобы меня впустили. Скажи, чтобы меня впустили. Слышишь меня, мам?
— Слышу, Сережи. Но…
— Я на тебя рассчитываю. Потом вечером поговорим, хорошо? И отцу передай, чтобы дома меня ждал, не искал. Я все объясню, ладно?
— Ладно, — выдохнула дрожащим тоном.
Хотела еще что-то добавить, но Серега отключился.
В общежитии ему довелось побывать впервые.
