10
0
Совсем с ума сошёл?
Он понимает, что я не игрушка, а живой человек?
Или вообще уже связь с реальностью потерял?
Разве можно ТАК с живыми людьми?
И, по-моему, я ему казалась некрасивой, недостойной и прочее?
С чего же вдруг ему тогда понадобились мои поцелуи?
Чтобы просто унизить и отнять самое ценное в жизни каждой девушки — первый поцелуй?
Что же ты за чудовище такое, Матвей?
Я всегда искала в людях свет, хорошее, оправдание их проступкам…
Но здесь я ничего найти не могу.
Только тьма, только корысть и жестокость.
Матвей ещё хуже, чем я о нём думала…
Красивый, но такой жестокий и бессердечный мальчишка!
— За что ты так со мной? — прошептала я сквозь слёзы. — Я же ничего тебе не сделала…
— Ты не сделала? — возмутился он. — Да ты мою семью разрушила! Отец от матери отдалился, все о тебе да о тебе говорит! Мешаешь ты мне, ясно?
Так вот в чём дело… Он ревнует меня к отцу!
И мою мать к нему же.
Он уверен, что между Романом Петровичем и моем мамой были непростые отношения, и она много значила для него, раз он взял на попечение его дочь.
Так оно и было: Роман Петрович любил мою маму. Только она выбрала моего отца и вышла замуж за него.
Спустя несколько лет, как родилась я, он погиб в авиакатастрофе, когда возвращался к нам с мамой под новый год из командировки…
Я его почти не помню, очень смутно.
Мама так и не вышла замуж. Любила папу…
А Роман Петрович, хоть и женился, но продолжал иногда звонить маме.
Я об это знала и слышала эти звонки, только не знала Романа Петровича лично.
Так что отчасти Матвей прав — косвенно я влияла на его семью.
Дочь любимой женщины его отца оказалась рядом…
Конечно, Роман Петрович вспоминает её, как ни крути, и я невольно стала напоминанием любви его к моей маме.
Но я же не виновата в том, что всё вышло так!
Отец Матвея женился на Тамаре, у них семья.
Родился Матвей.
Но в чём моя вина, что чувства отца его оказались сильнее расстояния и времени?
Что же ему, не надо было жениться и пытаться строить свою жизнь?
Не сложилось у Романа Петровича с моей мамой, он пытался жить дальше.
Хотел семью, ребёнка, потому и женился.
И моё появление уже не столь сильно влияет, как думает Матвей — ведь моей мамы больше нет. Она всё равно не сможет уже вклиниться в отношения между Романом и Тамарой…
Но разве я смогу что-то доказать этому твердолобому?
Вряд ли…
— Так что? Видео показываю или как?
— Или как… — ответила я, пытаясь что-нибудь придумать.
Только ни одной идеи не было в голове. От близости Матвея и его такого наглого вторжения в моё пространство мысли мои путались…
— Тогда делай, что сказал, — придвинулся он ещё ближе и слегка разомкнул губы, словно уже представляя как я дарю ему свой первый поцелуй.
