Братва

В подъезде у лифта ко мне приблизились трое, причем один из незнакомцев, бывший в милицейской форме, сразу рявкнул:

– Предъявите документы, гражданин!

Этот «гражданин» вкупе с ментовской шкурой ввели меня в заблуждение, и я замешкался на какую-то пару секунд. Но и этого им вполне хватило, чтобы я оказался обезоруженным и с самозатягивающимися браслетами на запястьях. Рыпаться было уже поздно, и я, делая хорошую мину при плохой игре, спокойно последовал за «ментом». Двое его подручных страховали по бокам, галантно придерживая меня за локотки. Направлялись мы не в квартиру, а к выходу из подъезда.

Что нисколько меня не удивило. Я уже просек, правда, с досадным опозданием, что группа захвата липовая. Имея за плечами богатый печальный опыт задержаний и арестов, я преотлично знал, как «работают» настоящие опера – для профилактики непременно звезданут сначала по болевым точкам – печени или почкам, а уж потом только закоцают. Причем наручники застегнут обязательно сзади, а не как сейчас – спереди. Хотя и без этих деталей я должен был сразу догнаться, что почем – у типа в ментовской форме поверх кителя была беспечно надета черная импортная куртка из плащевки. А ведь общеизвестно, что легавые по инструкции могут ходить либо в штатском, либо в форме. Смешивать же атрибуты гражданской и служебной одежды категорически запрещается. Если б не моя усталость – не возникло бы двухсекундной заминки, и валялись бы эти наглые ребятишки сейчас у лифта с аккуратными дырками во лбах и намертво застывшим недоумением в пустых глазах. Банальная история – задним умом мы все гении.

У подъезда уже поджидала «девятка» с затемненными окнами. В машине мне залепили пластырем глаза, что вселяло некоторый оптимизм – значит, в ближайшее время «мочить» меня не собираются.

И то вперед, как говорится.

Примерно через сорок минут въехали во дворик полутораэтажного бревенчатого дома. Ни слова не говоря, с меня содрали лейкопластырь и втолкнули в боковую низкую дверку, ведущую в подвал. «Группа захвата», видать, уже выполнила свою функцию, и душевно беседовать придется с кем-то пока неизвестным. Или молчанием просто на психику пытались давить, козлы.

Я отбросил выкуренную папиросу и закрыл глаза.

Особой тревоги не испытывал. И дело тут вовсе не в чудной чуйской «травке». Просто ноги были обуты в австрийские полусапожки на каблуках. Эти замечательные коры подарил Цыпа после истории, приключившейся со мною прошлой весной...

Как-то вечером я решил немного изменить заведенный распорядок и вместо традиционно-привычного стриптиз-клуба отправился в театр музыкальной комедии. Зная негативное отношение Цыпы к любому виду лицедейства, тревожить его не стал, а просто вызвал по телефону такси.