Потом ещё остывать долго будет, так что к приходу деда Гонро прямо сразу есть можно будет или немного разогреть. Приглядывая за тушащимися овощами, взяла отложенный заранее уголёк и немного муки. Пристроив зеркало на табуретке, сама села на низенькую скамеечку и начала изучать своё лицо. Немного мазнула под глазами сажей. Перебор. Стёрла, но не до конца. Мда… Слишком заметно, что «синяки» не естественного происхождения. Учитывая, что Нора практически не выходила на улицу, кожа у меня сейчас была скорее фарфорового оттенка, если не считать поставленного «дядей Дереком» фингала.
В итоге увлеклась настолько, что от зеркала отвлёк укоризненный голос вернувшегося с работы деда Гонро:
— Лара! Ты всё-таки заболела!
Хихикая, я подошла к нему поближе и провела мокрой тряпочкой, смывая боевой раскрас. Хорошо, что его ещё инфаркт не хватил. Такого я себе бы не простила.
Старик внимательно изучил обе стороны лица, а затем цокнул языком:
— Ты знаешь, а в этом что-то есть. Думаю, если вот тут и тут подправить чуть-чуть, вполне сойдёшь за болезную.
В общем, идею с гримом он одобрил, а после ужина мы с ним вдвоём принялись надо мной колдовать. Но самый неожиданный и приятный сюрприз он случайно принёс с собой. Вернее, на себе. Обнаружила я его, когда заметила испачканную в чём-то белёсом, накидку.
Глава 20. Химики-алхимики от красоты
Как выяснилось, днём дед Гонро ходил в лес за дичкой, что растёт вдоль оврага.









