Он придумал бы что-нибудь похитроумнее.
Так как оставаться дальше в хранилище я не планировал, то попрощался с коллегами и вернулся в приёмную. Заметив меня, секретарь покачал головой, показывая, что моё прошение не было удовлетворено, но уже попало к Его Величеству. Помимо меня ещё около двадцати просителей ожидали, когда их примут, а сколько таких разошлось по собственным покоям, надеясь, что за ними пришлют? Время утекало, как вода сквозь пальцы. Схватили ли Лару сразу возле дома, как меня несколько дней назад, или всё-таки некоторое время «вели»? Проводить девушку хотя бы до рынка я не мог, равно как и помочь скрыться, иначе сразу бы нас обоих препроводили в тюрьму инквизиции, как предполагаемых изменников короны, представляющих опасность для общества.
Так рисковать попросту не имел права, поэтому и решил сразу обратиться к Его Величеству, пока он заинтересован во мне после недавних событий.
Мне оставалось лишь надеяться, что король примет меня как можно скорее и благодаря ему удастся вытащить Лару быстрее, чем до неё доберутся дознаватели. Да, тюремная камера — не лучшее место для неё, но, испытав на собственной шкуре методы инквизиторов, могу быть точно уверен, что на несколько часов её оставят в покое, чтобы нагнать страху и заставить понервничать.
Девушке скрывать нечего, ведь ни в политику, ни в какие-либо дрязги с властями она не лезла, стараясь вести себя как можно незаметнее. Да, у неё был с кем-то конфликт, из-за чего она предпочла скрываться не только вследствие своей иномирности, но, будь там что-то серьёзное, Лару давно бы схватили или уничтожили.
Жаль, что из-за этого проклятого отворота не сразу сообразил, что она не из нашего мира.
Будь у меня чуть больше времени, просто походатайствовал бы за неё старшему дознавателю инквизиции, взяв на поруки. В таком случае ей светила бы лёгкая проверка на одном из простеньких артефактов, и всё. Потом Ларе выдали бы документы, и она стала бы считаться полноправной жительницей королевства. По крайней мере, вздрагивать, завидев издалека инквизиторские мантии, перестала. Постепенно решились бы и другие вопросы: от своих слов я отказываться не собирался и действительно хочу, чтобы она стала моей супругой. Будь она даже простой девушкой, сбежавшей из дома, а не иномирянкой, всё равно бы сделал ей предложение, потому что встретить другую такую уже не смогу.
Для меня она единственная на свете, кто так глубоко проникла в сердце и душу. Как бы Лара ни убеждала меня, что не держит зла за всё то, что натворил, находясь под действием отворота, мне придётся постараться, чтобы завоевать её доверие и искупить свою вину. Иначе буду просто ничтожеством не только в её глазах, но и в своих тоже. Но это потом. Главное сейчас — выцепить её из лап инквизиторов.
2
0
