Гастролер

Не только потому, что в этой служебной записке фигурировала его фамилия, но и потому, что — а это очень существенно! — в ней фигурировали фамилии старых законников Заура Кизлярского и Шоты Черноморского, один из которых, а именно Заур, был крестником Максима, а второй, Шота, дал ему рекомендацию на сходе, который Максима и короновал…

А случилось сие событие в восемьдесят пятом, то есть спустя три года после отправки вот этого меморандума высокопоставленному адресату. Выходит, Максим Кайзер — тайный агент гэбэ, засланный в ряды законных воров для выполнения спецзадания…

Да, ради такого убийственного документа любой из перечисленных в нем авторитетов мог бы послать своих громил хоть на край света, не то что в Кусковский парк… Но все поименованные тут воры в законе уже покойники — и Заур, и Шота, и даже самый молодой из них, Федя Рыба, его застрелили полгода назад во время милицейской облавы в ночном клубе в Мытищах… Вряд ли теперь кого-то из них интересует этот документик. И сегодня в том, чтобы заполучить его, крайне заинтересован только один человек — Кайзер.

Да, но почему он заволновался только теперь — через девять лет после смерти Медведя?

Ответ напрашивался сам собой: потому что Кайзер только сейчас, только совсем недавно узнал о существовании этой «бесценной» бумажки. Значит, кто-то сообщил ему об этом? Кто? Не дядя же Сема: это исключено. Может быть, сам Рогожкин? Тоже маловероятно: старик давным-давно отошел от всяческих дел и, скорее всего, уже присоединился к своим более именитым коллегам Берии, Ягоде, Ежову, жарится на одной сковородке в аду. Тогда кто? Может быть, кто-то из гэбэшников выявил через годы отсутствие документа. Но сомнительно, что обнаруживший пропажу побежал бы делиться новостью прямо к Максиму Шубину. Тогда остаются двое: сам Чебриков, бывший председатель могущественной службы, но такие люди секретов не выдают до самой смерти: то ли сохраняют верность служебному долгу, то ли просто боятся. Остается товарищ Виноградов, автор докладной…

Виноградов… Виноградов… И тут Варяг внезапно вздрогнул, вспомнив запись, оставленную на автоответчике его мобильника: вчера звонил некто, представившийся как Александр Иванович… Виноградов. Да, точно, Виноградов! Звонил он по поручению Неустроева… Ну да! Ведь Неустроев — гэбэшный генерал, хоть и в отставке… А служебную записку Чебрикову составил полковник по фамилии Виноградов. Уж не тот ли самый Виноградов ему звонил?"

"Да, за последнее время Варяг столкнулся с целым клубком непонятных, запутанных головоломных событий, говорящих о том, что что-то весьма и весьма серьезное зреет вокруг, что он попал в кольцо проблем, требующих незамедлительного решения.