\

Так что придется явиться. Пора уже…'

На этом запись обрывалась, но что случилось потом и так было понятно. Неизвестный владелец этого «скромного», как он считал, а по мне так шикарного дворца оказался прав. Ритуал, в котором мой артефакт заменили кровью ста пятидесяти эльфов (жуть!) пошел не по плану. Природный катаклизм, огромный выброс магической энергии, и все участники превращаются в нежить. Кроме этого самого Рудольфа, который, как я предполагаю, и является там самым «последним» и «Великим», которого нам нужно отправить вслед за его коллегами по цеху."

"— Что ты читаешь тут? — спросила, войдя в кабинет, Элениэль.

— Что-нибудь важное нашел?

— Прочитай сама, — ответил я, протягивая жене тетрадку и не желая сам пересказывать ей подробности проведенного много веков назад ритуала.

Эльфийка быстро пробежала глазами текст и побагровела от ярости.

— Сволочи! Все маги сволочи! — выдала она и тут же виновато посмотрела на меня. — Я тебя, конечно, не имею в виду. Ты бы на такое никогда не смог пойти. А вот Мелисса, например… — Элениэль запнулась. — Кстати, о Мелиссе. Возьми ее сегодня на ночь.

Какая-то она смурная уже второй день.

— Ты же ее по-прежнему недолюбливаешь? — не удержался я. — Откуда такая забота?

— Перед решающим сражением хороший настрой воинов это залог успеха, — ответила мне жена. — Вот вернемся в Юм, и там я снова буду Мелиссу не любить, а пока потерплю. Впрочем, дополнительный настрой и мне не помешает, — добавила она, садясь напротив меня на стол и обхватывая ногами. — Давай сначала подними его мне, а потом я уже Мелиссе место уступлю.

С Мелиссой и правда дела обстояли не очень. Чем ближе мы приближались к владениям древнего, тем грустнее и задумчивее она становилась.

Я тоже это заметил, но особого значения не придал. В конце концов, дело нам предстояло опасное, тут впору и погрустнеть, и задуматься. Но после того, как на состояние магини мое внимание обратила Элениэль, решил выяснить его причины.

— Что с тобой Мелисса? — спросил я девушку той же ночью. — Что происходит? Ты боишься? Лучше скажи, и мы что-нибудь придумаем сейчас, чем если ты дрогнешь в самый решающий момент.

— Нет, Ричард, — обнимая меня, ответила магиня. — Я не боюсь.

И ради того, чтобы расправиться с этой засевшей здесь тварью, готова на все. Но у меня какое-то предчувствие неприятное, что я отсюда не вернусь. Не погибну. Понимаешь? А просто не вернусь. Что я сюда пришла навсегда. Но этого же не может быть? Даже если мы с древним не справимся, вы же с Элениэль меня тут не оставите?

— Если мы с ним не справимся, Мелисса, — ответил я. — То все здесь останемся. Но архиличей он из нас не сделает в любом случае. Так что не беспокойся. Победа или смерть! Другого нам не дано.