\

Чтобы весть о случившемся древнему магу подать некому было. Все равно узнает, конечно. Но чем позже это произойдет, тем лучше."

"И для начала необходимо было определить то место, где встанут войска нежити, и подготовить им там ловушку. На рекогносцировку мы отправились с Элениэль, десятком ее воительниц и полусотней турвальдской конницы.

Изабелла с остальной армией, руководство которой Элениэль передала Галанэль, оставалась во дворце, парк вокруг которого превратился в настоящий военный лагерь — палатки, кухни, загоны для лошадей, шум, гам.

Что касается Габриэль и ее, хмм… «возлюбленного», с которым бывшую принцессу так удачно застала Изабелла, то вопрос с ними решился быстро.

Я бы, может быть, и не сообразил бы, как правильнее поступить, но для Изабеллы, с ее знанием обычаев и пониманием местных нравов, это проблемы не составило.

Кстати, «изменщица» и «прелюбодейка» абсолютно не смущалась тем фактом, что была застигнута за весьма однозначным занятием в мыльне. Впрочем, со мной взглядом она все-таки старалась не встречаться, а «виновник торжества» так и вовсе где-то спрятался. Все-таки соперником самого императора выступил, да еще и удачливым.

Зря. Меня вся эта ситуация совсем не задела. Ну, только самую малость, наверное.

— Габриэль, — обратилась Изабелла вечером, когда мы узким кругом собрались в моих покоях после ужина, к девушке. — Ты же понимаешь, что тебе нужно сделать выбор. И прямо сейчас. Или ты расстаешься со своим избранником, или ты не сможешь представлять мою власть в Солбери.

О том, что королевство войдет на правах герцогства (на большее оно по размерам никак не тянуло) в состав Турвальда, то есть распоряжаться здесь будет Изабелла, мы уже с женой решить успели.

Да и выхода другого не было. Без торговли с проклятыми землями, которой, разумеется, больше не будет, Солбери, если останется, хотя бы частично, самостоятельным, просто не могло выжить чисто экономически. Другое дело — в составе процветающего Турвальда.

Габриэль вопросительно посмотрела на Изабеллу.

— Это мужчина может, сколько ему угодно, заводить любовниц из нетитулованных дворянок и валять по сеновалам простолюдинок, — пояснила Изабелла. — Никому даже в голову не придет его осудить. Нам, женщинам, сложнее.

Стоит только просочиться слуху, что ты развлекаешься со своим «комнатным дворянином», по сути, хоть и благородным, но слугой, как твой авторитет, а, следовательно, и престиж моей власти, упадет так низко, что ни один указ не будет исполняться. Да еще и волнения кто-нибудь обязательно спровоцирует.

Габриэль на несколько секунд задумалась, кивнула и произнесла:

— Марко. Я выбираю Марко. У него и с сыном превосходные отношения. Он станет для него хорошим отцом. А власть? Что она? У меня ее и не было никогда.