— Я, когда меня захватили, сумела передать его брачный перстень своей служанке, чтобы она его спрятала. Так что отобрать его у меня Фаэрон не мог. А власть этого перстня такова, что он непременно наказал самым жестоким образом мужа, убившего или приказавшего убить свою жену. Вот он и ждал, пока я сама умру. Не дождался!
— Мама, — это слово с непривычки давалось Элениэль с трудом. — Так ты законная королева Эльфары. Мы сможем теперь заключить договор между нашими владениями. Ричард будет рад!
— Учитывая то, что мне о твоем муже успели рассказать Элоран и Локтус, его планы этим не ограничиваются.
То, что ее муж смотрит гораздо дальше простого союза с Эльфарой, Элениэль убедилась на собрании аристократов, которое состоялось не на следующий день, а только через неделю. Локтус убедил всех не спешить и сразу принять большинством голосов то решение, которое устроит всех или почти всех и, таким образом, надолго обеспечит внутренний мир в королевстве.
Более ста эльфов, представлявших большую часть сильных родов Эльфары, собрались в тот день в тронном зале.
— Благородные эльфы, — тихим, но твердым голосом открыла совещание Дистраэль. — Сегодня нам предстоит решить, кто достоин занимать трон нашего королевства. Хотя он по праву принадлежит, как вы все знаете, мне, я готова выслушать ваши предложения и последовать тому приговору, который вы вынесете.
Сначала воцарилась тишина, потом послышались отдельные крики, переросшие быстро в общий гвалт.
— Воины и воительницы Эльфары, проливавшие и проливающие свою кровь за наше королевство, предлагают избрать королем сына принцессы Элениэль и императора Юма Ричарда Первого Рианэля! — громко провозгласила, выходя в центра зала и перекрывая своим голосом шум, Галанэль.
Если кто-то и хотел возразить против такого предложения, то его заглушили радостные клики девушек-воительниц, стоявших по периметру зала, и собравшихся во дворе воинов-эльфов.
— Чего-то подобного я и ожидал, — прошептал, наклонившись к Элениэль, Элоран.









