То есть, умом, думаю, все понимали, что ее вины в том, как она ими помыкала, не было, но сразу забыть это тоже не могли.
— Спасибо, — тихо произнесла девушка, проходя мимо меня. — Я ведь и правда ни в чем не виновата. Хозяин сам сразу меня выбрали в погонщицы, а после ритуала я даже не всегда понимала, что делаю.
Погонщица. Значит, так эта роль девушек-дроу называется. Что ж, грубо, оскорбительно для остальных, которые при такой постановке вопроса, видимо, считаются бессловесным скотом, но, по сути, верно.
Следом подошел Гильмар.
— Я вас узнал, — сказал он, кланяясь.
— Нет, — ответил я уже сквозь сон. — Но она сбежала. И теперь является правящей великой герцогиней Юма и женой императора. Моей.
— Так Эльфара и Юм теперь, наверное, союзниками будут? — обрадовался эльф.
— Наверное. Со временем.
Вот совсем не хотелось мне сейчас рассказывать этому Гильмару о том, что в данное время мы, скорее, находимся с Эльфарой в состоянии войны. И вся надежда на то, что Элорану удастся убедить своего отца и Совет в ее бессмысленности и вредности. Выберемся из проклятых земель, сам все узнает. А пока не стоит посвящать все-таки малознакомого мне эльфа, пусть и спасенного мною, в то, что перед ним — враг его королевства и короля.
Продолжить путь нам в этот день не удалось. Когда по прошествии четырех часов я уже начал просыпаться (всегда умел как-то включать свой внутренний будильник — что в этом мире, что в прошлом), меня тронул за плечо один из воинов-дроу.
— К нам кто-то приближается, — шепотом сообщил он. — С той стороны, где нет окон. Но я слышу, как шуршит трава. Он обходит дом. Сейчас мы его увидим.
Я быстро встал и направился к щели в ставнях, через которую можно было выглянуть из нашего укрытия.
Чтоб я так жил!
Это была Мелисса. Но в каком виде! На ней была только какая-то набедренная повязка, явно украденная у кого-то из самых низших рабов мага (надеюсь, что не с кадавра сняла), сапоги и… уже привычный для девушки ридитовый ошейник.









