\

Насколько знал Степан Ильич, Россия такого заявления не получала, хотя может и получила, но сообщение для русской экспедиции запаздывает. Между Россией и Англией войны нет, а значит нападение на прииски русских можно вполне обозвать бандитским налётом. Понятно, что англичан такое определение совсем не волнует, они уже привыкли к тому, что творят во всём мире всё, что им вздумается. Сложив всё «за» и «против» Степан Ильич ждал реакции британцев на свои действия. Прошёл час и Скрыплев распорядился поднять часть парусов и начать маневрировать, чтобы вернуть фрегат на первоначальное место.

Англичане достаточно долго наблюдали за русским кораблём, но, когда тот начал маневрировать к фрегату «Штандарт» направился английский барк. Как только англичане приблизились на шесть-семь кабельтовых, Скрыплев смог прочитать название барка «Гектор». Пока барк приближался английский сигнальщик просигналил русскому кораблю требование застопорить ход для досмотра корабля. В другой ситуации Скрыплев послал бы куда подальше англичан, но сейчас он провоцировал потенциальных противников. «Штандарт» спустил все паруса и стал ожидать подхода «Гектора». Барк остановился в одном кабельтове, англичане спустили шлюпку на воду, и к русскому кораблю отправилась досмотровая команда, а капитан русского фрегата улыбался в усы.

Английская шлюпка приблизилась к фрегату, и Скрыплев смог рассмотреть офицера британского флота невооружённым взглядом. Возглавлял досмотровую команду англичан лейтенант. Капитан 3-го ранга распорядился чтобы на борт приняли только офицера, Степану Ильичу совсем не улыбалось надрывать голос с борта корабля, он продолжал стоять на капитанском мостике, ожидая англичанина.

Английским морякам совсем не понравилось, что на борт пропускают только лейтенанта, но контраргументов у них не было, кроме бурного возмущения, что, по-видимому, совсем не волновало русских моряков. Русские очень охотно посмеивались над английскими моряками, отпуская матерные шутки, не заботясь о том, понимают их англичане или нет. В матерных тирадах русских звучали слова характеризующие британцев, как распутных девок, попутно обвиняли англичан в мужеложстве, при этом морячки фрегата «Штандарт» веселились, как малые дети. Английского лейтенанта конвоировали двое морпехов, подвели к своему капитану.

— Я, лейтенант британского королевского флота Бенджамин Бербоун. Получил приказ от своего капитана досмотреть ваш корабль, а вы нагло препятствуете мне в этом, — англичанин говорил, высоко задрав голову, всем видом показывая пренебрежение.

Скрыплев усмехнулся, его не раздражала спесивость лейтенанта, скорее смешила.

— Лейтенант Бербоун, вы находитесь на борту военного корабля, командиром которого я имею честь быть.