Две стороны одной медали

Она жила в Германии, для нее переезд был сложным шагом, а Москва – огромным непонятным городом. За эти месяц-два, что мы что-то оформляли и гоняли по инстанциям, мы стали близкими друзьями, рассказывали друг другу о жизни, свои проблемы и истории, начали доверять друг другу. Мне было 27, ей 24, и то, что мы были взрослыми людьми, ставшими в пару, помогало преодолеть барьер и найти компромиссы.

Сразу скататься у нас не получилось, у нас была разная техника: у нее украино-немецкая, у меня русская. Стас у нее был здоровый, мощный, он ее тягал и одной рукой мог поднять и бросить высоко. Я был другого склада, нам пришлось многие элементы учить заново. Спасибо Тане, она не зря лучшая партнерша в мире – в основном она под меня подстраивалась, а не я под нее. Когда начинал подстраиваться я, был полный ад, потому что ничего не получалось.

Мы сняли квартиры через дорогу от катка, в одном доме, но в разных подъездах. Она жила со Стасом. Я – с Сашей, с нами переехали наши питомцы."

"Глядя на наш зоопарк, Таня постоянно повторяла, что тоже очень хочет завести питомца. Она очень любит собак, несколько фанатично, наверно. До отъезда в Германию у нее была собака, но ее пришлось отвезти родителям, так ее питомец и остался с ними жить. И вот в Москве Таня решила, что ей нужна собака. Я уговаривал ее завести себе йорка. «Бери себе девочку, и мы создадим из них семью», – смеялся я. Но Таня к йоркам была равнодушна, и после тщательного изучения пород остановилась на шпице – ей очень нравились эти маленькие медвежата.

Однажды Таня подошла ко мне и сказала: «Макс, я нашла, кажется, кого хотела, давай вместе посмотрим щенят». Конечно, я сразу согласился, и мы поехали на проспект Мира, где жили заводчики. Помню, шли дворами, поднялись в какую-то квартиру на втором этаже, где дико пахло собачатиной, потому что заводчица разводила сразу несколько пород собак.

Мы подошли к загону: два белых шарика безостановочно носились, постоянно пищали, лаяли, дрались, а в уголочке сидел бежевый маленький шпиц – очень грустный и одинокий. Иногда к нему подбегали другие щенки, сбивали с ног, тормошили. Он так же грустно и безучастно поднимался и снова садился в углу. Я некоторое время наблюдал эту картину, потом повернулся к Тане и сказал: «Его надо брать!» В тот момент, когда я это произнес, уже было понятно, что Таня и сама так решила – она глядела на него влюбленными глазами и мысленно, кажется, везла его к себе.

ДЕКСТЕР – НЕ КАРМАННЫЙ ВАРИАНТ СОБАЧКИ, А НАСТОЯЩАЯ СОБАКА. СЕГОДНЯ ЕМУ УЖЕ 7 ЛЕТ, И ОН ПОЛНОПРАВНЫЙ ЧЛЕН НАШЕЙ СЕМЬИ, У НЕГО ДАЖЕ ЕСТЬ СОБСТВЕННЫЙ АККАУНТ В «ИНСТАГРАМЕ».

Домой мы поехали со щенком – он сидел у Тани на руках и молчал, терпеливо ждал, куда его тащат.