8
0Американцы из рук вон плохо подходили к организации международных соревнований. Но Ванкувер опередил в плохом смысле даже их. Нас завели за железный забор, лагерь, с досмотром при входе и выходе, жили мы в новостройках, где нет мебели – кровать и стул. Еда в столовой ужасная – там представлены все кухни мира, но есть невозможно, все без вкуса, если мясо, то как подошва. При этом спонсор Олимпийских игр – Макдоналдс, и все спортсмены ходят туда, потому что там кормят бесплатно, и это хотя бы можно есть. Для меня было откровением, что Олимпиада – не лакшери мероприятие, а спартанское выживание.
Но атмосфера…
Это невероятно – общество спортсменов, которые живут вместе. Я будто окунулся в квинтэссенцию спорта. У меня как нового человека это вызывало восторг. Ты знакомишься со спортсменами не только из других стран, но и из других видов спорта. Ты видишь легенд, ты можешь с ними пообщаться в неформальной обстановке – и это тоже вызывает какое-то особое ощущение. Это праздник каждый день. Праздник, где ты вкалываешь, конечно, но даже работать тут куда интереснее и приятнее.
Ванкувер – сам по себе город очень красивый, приятный. Но постоянно шел дождь. Лыжники живут где-то в горах, где хотя бы снег, а у нас непогода – вечно сырые ноги, одежда – но мы все равно постоянно гуляли. Тем более что как раз с Олимпиадой совпал китайский Новый год, а в Ванкувере большая китайская диаспора, и Новый год там отмечается с большим размахом. Кругом были фонарики, драконы, гирлянды, стоял дразнящий запах китайской еды – учитывая, как кормили в Олимпийской деревне, это был манящий аромат. И мы обходили сувенирные лавочки, покупали какие-то безделушки, бродили по улицам. Это было приятно и до сих пор вспоминается с теплом.
Фигурное катание – один из первых видов на соревнованиях. Все начали проигрывать. Где-то наверху в горах только лыжники и биатлон что-то выигрывают, у нас пусто с медалями. У меня Ваня Скобрев жил за стенкой, конькобежец, вот он выиграл серебро и бронзу. Это стало глотком воздуха для всех нас.
Что касается меня, то для меня самым светлым моментом был день, когда катали короткую программу. Я стоял на остановке, чтобы поехать на каток – нас развозили специальные автобусы, – и испытывал дикое нетерпение, потому что я понимал, что вот я сейчас выйду на лед и стану участником Олимпийских игр.
Я был таким счастливым. В душе я всегда чувствовал себя немного неудачником, мне казалось, что я могу достичь большего, но ничего не выходило, я знал, что папа мой хотел на Олимпийские игры, но не смог. И вот все изменилось – я на Олимпийских играх. Это увидит он, это увидят все.
На разминке я летал, я не мог дотерпеть до выхода на лед.
