3
0Хотя, с другой стороны, и брать-то ей было, в общем, нечего: в доме Филиппа не так уж много ее вещей, основная их часть должна в скором времени прибыть из Лондона… Если это действительно бегство, то после него Элоиза не оставила в Ромни-Холле практически ничего.
Не считая мужа и двоих детей.
Детей… Господи, а ведь еще утром Филипп сказал им: “Я надеюсь, что она останется здесь…”
Неужели Элоиза могла бросить его? На нее это совершенно не похоже. Она из тех, кто решает проблемы, а не уходит от них. И брак для нее гораздо большее, чем запись в церковной книге.
Значит, остается одно: карета перевернулась, и Элоиза лежит в какой-нибудь канаве. Дорога от Ромни-Холла до Май-Коттеджа и без того плохая, а дождь, зарядивший с утра, наверняка размыл ее еще сильнее…"
"Нет, уж лучше бы Элоиза убежала от него! Филипп предпочел бы даже быть покинутым, только бы знать, что она жива и невредима…
Филипп вдруг поймал себя на том, что, сам того не осознавая, выбегает из дома, кутаясь на ходу в накидку. Через минуту он бешено погонял коня - ждать, пока заложат карету, было некогда.
Уже через несколько минут Филипп промок до нитки, но не обращал на это ни малейшего внимания. Однако чем дольше он скакал, тем больше в нем крепла мысль, что Элоиза покинула его: нигде по дороге он не встретил ни перевернутой кареты, ни каких бы то ни было следов несчастного случая. По пути ему попались две гостиницы - Филипп справился в обеих, но ни в той, ни в другой Элоиза, как выяснилось, не останавливалась. Поехать еще какой-то дорогой она тоже не могла - эта была единственной.
– Терпение! - всю дорогу приговаривал себе под нос Филипп. - Терпение! - повторил он, останавливаясь у крыльца Май-Коттеджа.
Никогда еще Филиппу не приходилось прилагать таких усилий, чтобы сохранить терпение. Он был на грани нервного срыва.
Филипп все-таки попытался взять себя в руки. Должно же быть у исчезновения Элоизы какое-то логическое объяснение! Может быть, она просто решила переждать дождь у Бенедикта! Дождь, правда, не такой уж и сильный, но все равно мокнуть под ним неприятно…
Взявшись за дверной молоток, Филипп сильно постучал в дверь.
А может быть, у кареты Элоизы сломалось колесо?…
Филипп постучал снова.
Нет, вряд ли. У Бенедикта наверняка есть своя карета - мог бы отправить Элоизу домой в ней…
Может быть…
Может быть…
Мысли Филиппа лихорадочно обгоняли друг друга; он пытался найти объяснение тому, что могло заставить Элоизу уехать без всякого предупреждения. Но объяснения он не находил.
С губ Филиппа сорвалось довольно крепкое ругательство.
