3
0
Черт побери, скорее бы жениться на ней! С какой стати нужно ждать эти недели? Конечно, ради того, чтобы жениться на ней, Филипп готов был бы ждать и вечность, но, откровенно говоря, он не видел смысла тянуть.
Свадьбы по церковным правилам обычно устраиваются в субботу утром - так почему бы не обвенчаться в ближайшую же субботу, то есть послезавтра? Но просто прийти к священнику и попросить его обвенчать их нельзя - нужна, видите ли, предварительная договоренность… Черт бы побрал все эти правила!
Заметив, что Оливер собрался выбежать из комнаты, Филипп в последний момент поймал его за воротник.
– Ты куда, приятель? Так не пойдет - ты должен дождаться мисс Бриджертон, - строго произнес он, хотя за минуту до этого сам клял в душе все эти светские условности. - И не надо делать такое угрюмое лицо. Улыбайся!
Оливер вернулся и изобразил улыбку, но она выглядела столь неестественно, что никого не могла бы обмануть.
– Это не улыбка! - сказала Аманда.
– А что же это, по-твоему? - проворчал брат.
– Так не улыбаются.
Филипп старался не обращать внимания на детей - ему было о чем подумать. Что касается предварительной договоренности со священником, то надо сейчас же поговорить с Энтони, попросить его заняться этим.
Подумав об этом, Филипп не смог сдержать улыбки.
– Чему ты улыбаешься, папа? - спросила Аманда.
– Вовсе я не улыбаюсь! - Филипп вдруг почувствовал, что кровь приливает к его лицу.
– Нет, улыбаешься! - не сдавалась та. - А теперь покраснел!
– Не говори глупостей! - проворчал Филипп.
– Нет, покраснел, покраснел! Оливер, посмотри на папу - правда, у него щеки красные?
– Еще одно слово про мои щеки, и я… - начал было Филипп и замолчал.
Тем не менее, угроза на детей все-таки подействовала - они заметно присмирели. Но, как оказалось, ненадолго. Как только Филипп отвернулся от них, чтобы посмотреть на часы, вдруг послышался грохот и обиженный голос Аманды:
– Оливер!
Филипп отвел взгляд от часов - те показывали уже без двадцати час. Табурет, на котором только что сидела Аманда, был опрокинут, а сама она лежала на полу.
– Он толкнул меня! - заявила девочка.
– Не толкал я тебя! - проворчал Оливер.
– Толкнул.
– Не толкал!
– Оливер, - сдвинул брови Филипп, - ты хочешь сказать, что она сама упала?
– Да.
Выражение лица Оливера, однако, явно говорило о том, что это неправда. Филипп пристально посмотрел на него.
– Ладно, - признался мальчик, - я действительно ее толкнул. Извини, Аманда!
Филиппа это удивило. Давно он уже не слышал, чтобы Оливер сам, по доброй воле, признавал свою вину и перед кем-нибудь извинялся.
