Драфт

Нужно, чтобы ты постарался немного лучше.

– Постарался лучше?

– Да. Сила поцелуев. И все такое.

Эштон смеется.

– Я тебя люблю. – Он касается мох губ своими.

– А я подумаю над твоим предложением, – шепчу я и тут же ловлю удивленный взгляд Эштона. Слегка нахмурив брови, он глядит на меня так, словно я только что сказала ему, что знаю, в чем смысл черной дыры. В его сияющих от слез глазах вижу удивление, благодарность и любовь. Он всегда смотрит на меня так, будто я для него важнее воздуха. – Но мне нужна еще одна твоя клятва.

– Какая?

– Поклянись, что мы всегда будем выбирать друг друга.

– Клянусь, Хлоя пока еще Маккалистер, ведь теперь я навсегда задрафтован под твоим первым номером.

Со смешком закатываю глаза.

– Задрафтован?

– Ну драфт. Ты ведь станешь женой хоккеиста, милая. Придется немножко разобраться в различных спортивных терминах. В брачную ночь познакомлю тебя с парочкой. На примере.

– Не думала, что ты такой пошляк. Ты открываешься для меня с новой стороны.

– Это… тебя пугает?

– Нет, – улыбаюсь. – Я больше ничего не боюсь.

– Ты самая смелая девушка, которую я когда-либо встречал, Хлоя.

– Это все ты.

– Нет, милая. Я здесь ни при чем.

– Благодаря тебе я поверила в себя. Ты стал для меня тем проблеском света во тьме. Тем, кто верит в меня сильнее, чем я сама. И только твоя вера дала мне силу.

– Я люблю тебя, – хрипло произносит он мне в губы и нежно касается их своими. – И… возможно, я поспешил. Но я попросил благословения у твоего отца.

– Ты попросил у него моей руки? – Я вскидываю бровь.

Он кивает.

– Что ж… очевидно, ты очень нравишься папе, – смущенно шепчу я.

– У нас с ним много общего.

– Правда?

– Ага. Мы оба больше всего на свете любим тебя.

В глазах скапливаются слезы. Сердце совершает кульбит. Провожу руками по его вьющимся волосам, не прекращая разглядывать его лицо, словно вижу его в первый раз, а затем льну к нему с поцелуем.

Я прижимаюсь к нему ближе, ощущая, как все тело трепещет и отзывается на его ласки. Его руки блуждают по моему телу, спертое дыхание сводит с ума, а поцелуй становится пылким.

– Не могу поверить, – отстраняется Эштон для глотка воздуха.

– Во что?

– В то, что ты продержишься до восьмидесяти лет без волшебства моего…

Пихаю его в плечо.

– Ты как подросток.

– Это все травма головы.

– То есть ты признаешь, что сделал мне предложение, будучи не в здравом уме?

– Я признаю, что никогда не был уверен в чем-то настолько, насколько уверен в том, что хочу, чтобы ты носила мою фамилию, – уверенно отвечает он.

В глазах застывают слезы."

"– Прежде… – выдыхаю. – Прежде чем я выйду за тебя, я хочу кое о чем попросить.

– О чем угодно, милая.

Тяжело сглатываю, проводя пальцами по его щекам.