Дотянуться до звёзд

 – Только взгляните на моего солдата. – Она промокнула глаза платком и хлюпнула носом. – Никогда еще я так не гордилась. Боже мой, вы когда-нибудь видели таких красивых мальчиков? Хотя, по правде говоря, я не любительница коротких стрижек."

"Ма погладила меня по голове, и я не стал уворачиваться. Первое ласковое прикосновение за десять недель.

Вторым стало объятие Отем.

Она тихо ахнула и обняла меня за плечи. Я осторожно обнял ее в ответ, хотя на самом деле хотел прижать к груди изо всех сил, оторвать от земли. Быстро вдохнул аромат корицы, исходящий от ее волос; больше всего на свете мне сейчас хотелось зарыться в них лицом, запустить в них пальцы.

– Поздравляю, – прошептала она, прижимаясь щекой к моей шее. – Я рада, что ты вернулся.

Ее губы скользнули по моей щеке, потом она выпустила меня, снова подошла к Коннору, и тот обнял ее за плечи.

Миссис Дрейк обняла Коннора и поцеловала в щеку, а мистер Дрейк пожал ему руку, а потом крепко обнял. Коннор посмотрел на меня поверх отцовского плеча округлившимися глазами, потом просиял, в его глазах заблестели слезы. За все те годы, что я знал Дрейков, отец ни разу не обнял Коннора.

«Все-таки чудеса случаются…»

– Привет.

Я обернулся и увидел перед собой Руби.

– Привет.

Она рассмеялась и округлила глаза, потом обняла меня. До сих пор я не понимал, как сильно хочу, чтобы меня обняли.

– Ты молодец, – сказала она и сделала вид, что с размаху бьет меня в челюсть.

– Я выжил, – ответил я и улыбнулся в ответ.

– Так, Руби, руки прочь от нашего брата…

Фелиция и Кимберли по очереди меня обняли. Обе моих сестры унаследовали от нашего отца темные волосы и карие глаза. Кимберли была в обтягивающих джинсах и короткой куртке, а глаза у нее были подкрашены ярко-синими тенями.

– Проклятье, Уэс, – сказала Кимберли, отступая на шаг и оглядывая меня с ног до головы. – Знаешь, что говорят о мужчинах в форме.

Фелиция состроила рожицу.

– Что за пошлости. Он же наш брат.

– Просто он отлично выглядит, только и всего.

– Согласна, но, возможно, не стоит так пялиться на нашу плоть и кровь, будто ты на него глаз положила.

– Отвали.

Фелиция возвела глаза к небу и чмокнула меня в щеку, обдав запахом табака.

– Она извращенка. Ты отлично выглядишь, Уэс. Но я согласна с Ма насчет стрижки.

– Спасибо, – осторожно произнес я. Еще минута в обществе моих сестер, и мой акцент выходца из южного района Бостона вырвется наружу.

Подошел Пол, протягивая мне руку.

– Поздравляю, Уэс, – сказал он. – Надеюсь, я не слишком забегаю вперед, но я тобой горжусь.

«Горжусь тобой, сын».