Добрый убийца

Косову часто приходилось общаться с военными, но те носили маршальские или генеральские погоны — На кой ляд мне этот подполковник? Ты думаешь, мне, блядь, делать нечего! — обозлился Косов.

— Сережа, об этой встречи просил сам Демьянов. Ты меня понял?

Косов понял. Отказать человеку из президентской команды он, как человек государственный, не мог. Сергей Иванович поднялся с ковра, застегнул брюки и, обиженно посопев, согласился:

— Пусть приезжает сюда, на дачу. Я до двух на месте, потом еду на Совет безопасности. А что ему надо?

— Ерожин расследует какое-то убийство.

Говорят, что это талантливый сыщик. У него частное сыскное бюро. Удели ему минут десять, — ответил помощник.

Косов спрятал трубку в карман и пошел в столовую. Горячий супчик стоял на столе. «Вот что значит правильно гасить семейные пожары», — самодовольно подумал супруг, опуская ложку в душистое варево.

Сыщик приехал, когда хозяин дачи принимал ванну. Струи джакузи приятно ползали по короткой туше Косова, готовя Сергея Ивановича к предстоящей государственной деятельности.

— Садись, подполковник. Ты не девица, авось переживешь, что я без порток, — пригласил он гостя.

Телохранитель поставил кресло-шезлонг рядом с ванной. Ерожин уселся и, казалось, вовсе не замечал экстравагантности приема.

Косову это понравилось.

— Сергей Иванович, вы давно последний раз были в театре? — начал Ерожин.

— Тебе зачем? — удивился Косов."

"— Убийство, с которым я пытаюсь разобраться, произошло в театре, — ответил детектив.

— Постараюсь припомнить. Был месяц назад, — напряг память Сергей Иванович.

— Тогда уж уточните, что за театр вы посетили и какую пьесу смотрели, — попросил Петр Григорьевич — Театр назывался «Мулен Руж». А пьесу хрена с два вспомню. Шампанского ведро вылакал Девки там жопами крутили. Живые картины представляли. Текста вроде не было.

Да я по-французски плохо волоку. Вот счет помню. Ободрали как липку. Пятнадцать тысяч франков отдал. До сих пор жалко.

В голосе Косова подполковник услышал нотки искренней грусти. Пятнадцать тысяч, франков Косов забыть не мог.

— «Мулен Руж» — это в Париже. А меня интересуют московские театры, — уточнил Ерожин.

Сергей Иванович поднялся из ванны, потребовав, чтобы телохранитель подал полотенце:

— Ты мне, подполковник, яйца не крути.

.Скажи, в чем дело. Смогу — отвечу. Нет — значит, тебе не повезло, — сообщил Косов, растирая себя махрой.

— Хорошо. В московском театре убит грузин, который финансировал постановку сатирической пьесы. В этой пьесе легко найти аналогию со многим сильными людьми, в том числе и с вами. Есть люди, считающие, что это политическое убийство из мести. Я вынужден эту версию проверить, — отчеканил Ерожин.