4
0У него идеальная невеста, которая умеет под завязку набить кладовую и желудок Кена. Ей-то не приходится вкалывать по восемь часов на работе, прибегать домой и лететь уже на другую работу, а потом раскладывать счета на колченогом столе и думать, на оплату какого из них в этом месяце не хватит денег. Когда я беседую с Кеном, он рассуждает так, будто в Хэмпстеде нам жилось неплохо, и часть вины за это я возлагаю на мать – гордости у нее было больше, чем мозгов.
В доме чистенько и даже на холодильнике ни следа. Облизав пальцы, я провожу ими по дверце из нержавеющей стали.
Лэндон стоит у меня за спиной.
– Ты что, все высосал? – спрашивает он, во все глаза глядя на бутылку у меня в руке.
– Нет, половина осталась. Хочешь?
Вскинув руки, он пятится в столовую. Иду за ним.
– Нет.
Идеальный сыночек не пьет. Как мило.
– Я думал, ты завязал, – говорит он, и я оборачиваюсь. Чтобы не упасть, хватаюсь за большой шкаф, набитый дорогой сверкающей посудой. Да хрена ли он знает о моей привычке?
Впиваюсь ногтями в дерево.
– С чего это ты вспомнил?
До Лэндона доходит, что в присутствии бедного ущербного ребенка говорить о таком не стоило, и глаза у него округляются.
– Я просто…
– Хватит. – Вскидываю руку с бутылкой, и Лэндон пятится дальше, в гостиную. Нет, он не заткнется. Он будет гнать и гнать, ведь у меня над ним контроля нет; я вообще ситуацию не контролирую. Мой козел-папаня женится, я пьян и зол, а этот засранец не умеет держать себя в руках.
Хватаюсь за угол серванта.
– Твой отец говорил… – Он и впрямь не знает, когда заткнуться.
Теперь моя очередь не сдерживаться: не успевает Лэндон закончить, как я опрокидываю сервант. Заодно роняю бутылку. Лэндон что-то орет, но я не слышу его – грохот оглушительный.
– Уходи! Сейчас же! – кричит Лэндон, а я нагибаюсь поднять из кучи осколков бутылку. Порезавшись о бело-голубой фарфор, облизываю палец и одновременно оглядываю скотч: на месте ли пробка.
– Тессу эта выходка явно впечатлит! – кричит мне вслед Лэндон, когда я выхожу через черный ход.
Тесса? Хочется спросить: она-то здесь каким боком? Но я не доставлю ему такого удовольствия. Думает, что, упомянув ее имя, сумеет меня образумить. Хрен ему! Со спокойным видом выхожу во дворик.
Погода спокойная. Лето закончилось, скоро ночи станут холоднее, а потом и морознее. Когда в следующий раз станет так же хреново, двину в теплые края.
– Тессу эта выходка явно впечатлит! – передразниваю я Лэндона. – Тесса, Тесса, Тесса! – кричу я во тьму.
Даже дворик здесь идеален. Он величиной чуть не с футбольное поле, обрамлен высокими деревьями, дающими тень и днем, и ночью.
* * *Голова кружится, тишина давит. Делаю еще глоток из горла.
Проходит несколько секунд, и раздается скрип двери-москитки. Вскакиваю на ноги.
