2
0— Мой голос сочится сарказмом, я закатываю глаза.
Он на пару секунд замолкает.
— Мы можем увидеться? Я хочу извиниться за пятницу. Я был пьян… а ты… Ана, пожалуйста, прости меня.
— Конечно же, я тебя прощаю. Только больше так не делай. Ты знаешь, я отношусь к тебе как к другу.
Он тяжело, печально вздыхает.
— Знаю. Просто я надеялся, что, если я тебя поцелую, все изменится.
— Хосе, я тебя люблю, ты для меня очень много значишь. Ты мне как брат, которого у меня никогда не было.
— Так ты теперь с ним? — В его тоне я слышу презрение.
— Я сама по себе.
— Но ты провела с ним ночь.
— Какая разница?
— Из-за денег?
— Хосе! Как ты смеешь! — уже почти ору я, пораженная его наглостью.
— Ана… — Он скулит и извиняется. Но мне сейчас не до его пустяковой ревности. Я знаю, ему обидно, однако чаша моего терпения переполнена.
— Давай выпьем кофе или еще что-нибудь завтра. Я тебе позвоню, — говорю я примирительно.
Он мой друг, я к нему очень привязана. Но прямо сейчас у меня нет сил с ним общаться.
— До завтра. Ты позвонишь? — Надежда в его голосе трогает мое сердце.
— Да… до свидания, Хосе.
Я вешаю трубку, не дождавшись ответа.
— Из-за чего он так волнуется? — строго спрашивает Кейт, уперев руки в боки.
Лучше выложить все начистоту. Она настроена решительно.
— Он подкатывал ко мне в прошлую пятницу.
— Хосе? А потом Кристиан Грей? Ана, твои феромоны работают с двойной нагрузкой!.. Но на что этот болван рассчитывал?
Подруга возмущенно качает головой и возвращается к коробкам.
Через сорок пять минут мы прерываемся ради фирменного блюда этого заведения — моей лазаньи. Кейт открывает бутылку вина. Мы сидим среди коробок, запивая еду дешевым красным вином, и смотрим по телику какую-то муть. Желанный отдых после сорока восьми часов настоящего безумия. Впервые за это время я могу спокойно, без понуканий поесть. Интересно, что у него за проблемы с едой?.. Кейт убирает со стола, я заканчиваю упаковывать гостиную. Остается только диван, телевизор и обеденный стол. Что еще нам может понадобиться? Надо упаковать только кухню и постельные принадлежности, а впереди еще почти целая неделя. Отличный результат!
Телефон снова звонит. Элиот. Кейт подмигивает и убегает в спальню, как четырнадцатилетняя девчонка. Вообще-то ей надо писать речь на выпускной, но Элиот, похоже, важнее. Что такого особенного в мужчинах из семьи Грей? Почему они так неотразимы? Я отпиваю еще немного вина.
Сидя перед телевизором, я прыгаю по каналам, но в душе прекрасно понимаю, что просто тяну время. Контракт прожигает в моей сумке зияющую дыру. Хватит ли у меня сил прочесть его сегодня?
Я обхватываю голову руками. Хосе и Кристиан — оба от меня чего-то хотят. С Хосе я легко справлюсь. Но Кристиан… Кристиан требует совсем иного подхода и понимания.
