6
0Просто присутствовать?
Молодая женщина с большими глазами и пушистыми ресницами вежливо приоткрыла дверь и спросила мягким голосом:
– Можно, Игорь Иванович? Я чай вам принесла. – Она замерла у входа с подносом в руках, встретилась взглядом с Сосновским и смущенно покраснела.
Михаил раньше уже видел эту женщину в службе главного инженера, и теперь ее появление вызвало в нем всплеск эмоций. Он мгновенно поднялся со стула, сдвинул на край массивную пепельницу, расчищая место для подноса. И все это он делал, бросая на женщину недвусмысленные взгляды.
– Чаек – это хорошо, чаек это просто замечательно, – с довольным видом проговорил Сосновский. – А помощница у вас шустрая какая, Игорь Иванович. И чай, видать, заваривает отменно, а?
– Обыкновенно завариваю, – сконфуженно пробормотала женщина, а потом с улыбкой спросила: – Игорь Иванович, еще что-то нужно? Вы скажите, я тут, в приемной буду.
– Хорошо, Любочка, – кивнул Трунев со странным выражением лица. Было в нем тоже какое-то неуместное смущение. – Ты иди. Ничего больше не нужно.
– Мне не трудно, Игорь Иванович, – попыталась возразить женщина и даже для убедительности прижала кулачки к груди, но Трунев посмотрел на нее строго, и Люба поспешно вышла.
– Секретарша? – поинтересовался добродушно Сосновский, прекрасно зная, что у Трунева нет секретарши, по штату она ему не положена.
– Люба-то? – Трунев посмотрел на собеседника и смутился. – Нет, она экономист.
– Вы, Игорь Иванович, не думайте, я тоже человек. И Люба человек, и вы, черт возьми, тоже человек. И если в наше трудное время вы можете кому-то помочь, облегчить хоть в чем-то жизнь, то это надо делать. Она очень обаятельная молодая женщина. Может, ей из-за этого легче будет выжить, пережить войну.
– Ох, перестаньте, Михаил Юрьевич, – отмахнулся Трунев с грустью. – О чем это вы? Я женат, у меня дети. Какое уж тут… И в мыслях не было!
– Ну, в мыслях, положим, было, – тихо отозвался Сосновский и похлопал инженера по руке. – Что вы, в самом деле, я не парткомиссия, я нормальный мужик. Не мое дело, что у вас с Любой…
– Господи, да что у меня может быть с Любой! С чего вы взяли. Ну, благодарность это и всего-то. Понимаете, благодарность!
– С благодарностью смотрят иначе, – грустно заметил Сосновский. – А тут обожание, она же готова вам все отдать, только намекните. Она ждет, надеется. Ведь вы все это и без меня знаете, Игорь Иванович?
– Знаю, – неожиданно согласился Трунев. – И мог бы воспользоваться давно, мне только шаг навстречу сделать. Она и сама намекала, и просила даже. Только у меня семья, жена, Михаил Юрьевич. Как же я могу-то? Ей настоящий мужчина нужен – холостой, чтобы семью создать. А не по углам и подсобкам тискаться с женатиками разными…
Это было похоже на правду.
