8
0Завтра наверняка останутся следы от крепкой хватки, но это такая мелочь по сравнению с тем, что я чувствовала в этот момент — я была нужной, я не была одна. Знала, что Герман хочет меня. Хочет не меньше. Нуждается и не оставит…
По крайней мере, сейчас…
— Ты ведь понимаешь, что это не все, — неожиданно произнес он, глядя мне в глаза через зеркало.
Облизнув губы, медленно кивнула, ощущая, что вовсе не против подобного расклада.
— Но Катя…
— Мы услышим, если что, — отрезал он, разворачивая меня к себе лицом. — Как же давно я этого ждал…
В душ мы все же пошли. Правда, довольно быстро мытье перешло во второй раунд. У меня еще подрагивали ноги, и Мороз усадил меня на бортик, а затем склонился так, что я едва успела попытаться возразить, как уже почувствовала его язык там, между ног. И все….
Снова все мысли напрочь.
Подобные ласки он практиковал нечасто. Но если и было, то я лишь каждый раз удивлялась — как? Ну, вот как он так чутко понимал, куда и когда надо надавить, чтобы я буквально билась в предвкушении очередного оргазма. И этот раз не стал исключением.
Я еще минут десять приходила в себя, бессильно лежа в ванне, прикрыв глаза. Герман устроился позади меня, и такое умиротворение накрыло меня, что я не удержалась и потерлась щекой о его грудь. Настолько чудесно мне было в этот момент.
Однако расслабиться полностью, ощущая стоящий колом член, было сложно. Да и что скрывать — я, словно течная кошка, хотела снова. Даже не самого секса, а ласки, прикосновений, тепла.
А вода между тем стала остывать, отчего я зябко передернула плечами. Заметив это, Герман без слов поднялся сам и помог встать мне. Он явно до сих пор был голоден в этом смысле. Потому что взгляд был все еще наполнен желанием.
— Хочу твой рот. Порадуешь меня? — хрипло спросил он.
И у меня не возникло ни малейшего желания отказать ему. Напротив. То, как он попросил об этом, говорило о потребности. О желании. И стоило мне только опуститься на колени, как он судорожно сглотнул, а я лишь сильнее убедилась в том, насколько желанна.
Я до сих пор не особенно хорошо умела делать минет. Но старалась. Пальцы Германа в волосах больше не пугали. Впрочем, он и сам пытался не давить, позволял делать в комфортном темпе, пока не оказался слишком близко к финалу. В такие моменты он всегда срывался, теряя контроль. Но даже в этом я находила своего рода кайф.
Никто и никогда не хотел меня вот так — до трясучки. До искр в глаза. До откровенных стонов.
— Охереть… — услышала я, переводя дыхание. А затем оказалась на ногах, после чего меня жестко поцеловали. Жадно. Грубо. С напором. — Какая же ты…
Что Мороз имел в виду, я так и не узнала — очередной поцелуй увлек нас в водоворот нежности и уже более спокойных ласк.
В эту ночь Герман будто сорвался с цепи.
