2
0
— Ты че, думаешь я тебе сейчас рассказывать все брошусь? — удивленно вскидывает брови Шрам, — С какой это стати?
— Я знаю, что ты меня не любишь… — не успеваю договорить, как мужчина перебивает:
— Это еще мягко сказано.
— …но все равно. Если хочешь, чтобы я исчезла, то, наверное, стоит рассказать, чем таким занимается Паша, что даже на меня покушение могли готовить.
— Если тебе интересно, спрашивай у Севера. Разнюхивать что-то за его спиной не выйдет. Если он не считает нужным тебе сказать, значит, ты этого не узнаешь.
— Я же не выспрашиваю какую-то тайну, черт возьми! Это ведь напрямую касается моей жизни! — восклицаю я.
— Мне наплевать, — пожимает Шрам равнодушно плечами и возвращается назад к рабочим.
Прикрываю на мгновение глаза, чтобы справиться со злостью. Хочется схватить что-нибудь острое и всадить прямо в руку этому самодовольному придурку, но, боюсь, что тогда мне точно не поздоровится. Что-то мне подсказывает, что Шрам вообще с женским полом не нянькается и скидок не делает. Меня-то терпит только из-за того, что Север приказал не трогать.
Резко развернувшись на пятках, спускаюсь вниз, кипя от злобы.
— Камилла, скажи, ты давно тут работаешь? — спрашиваю в лоб, останавливаясь рядом с ней.
Девушка тут же вскидывает голову, откладывая лист бумаги и ручку, и с готовностью отзывается:
— Три с половиной лет.
— Подожди, давай присядем, — прошу я, и сама занимаю место за кухонным столом. Я очень надеюсь хоть немного ее разговорить наконец.
Камилла переводит на меня недоуменный взгляд, а я от нетерпения перехватываю ее руку и едва ли не силком усаживаю на стул напротив.
— Скажи, как тебе тут, нравится? — решаю начать издалека.
По лицу девушки пробегает неподдельный испуг. Она вытягивается в струну, складывает руки на коленях, как примерная школьница, а после за секунду вскакивает с места.
— Вы чем-то недовольны? — тараторит она, — Я все исправлю, только скажите! Извините, извините, пожалуйста, если что-то не так!"
"На мгновение меня берет оторопь, но я сразу же ободряюще улыбаюсь.
— Перестань, Камилла! Все в порядке, просто хочу узнать тебя получше. Ну и про хозяина спросить немного, — все же признаюсь честно, чтобы хоть немного успокоить.
— Да? — она даже теряется на мгновение.
— Да. Никаких претензий к тебе нет.
— Но… я ничего про хозяина не могу сказать плохо… он хороший человек, не обижать никого никогда.
Едва слышно хмыкаю, но вслух ничего не говорю. Вот уж во что я не поверю, так это в то, что Север никогда никого не обижал.
