Чувство льда

Это будет правильно?

Андрюша инстинктивно отодвинулся, с опаской глядя на Инну Ильиничну, и та чуть не рассмеялась.

– Я не хочу, – дрожащим голосом произнес мальчик. – Не надо меня забирать и сажать под замок, пожалуйста.

– Я и не собираюсь, – с трудом сохраняя серьезность, ответила она. – Потому что это будет неправильно. Ведь ты согласен, что это неправильно?

– Да, – с облегчением выдохнул он. – Я согласен. Это неправильно. А как же мы с Сашкой? Я хочу, чтобы мы были вместе всю жизнь, я без него скучаю. Получается, неправильно этого хотеть?

– Нет, почему же, хотеть ты можешь, это не запрещается. Но заставлять Сашу быть с тобой, если он сам этого не захочет, будет неправильно. Понимаешь? У Сашеньки своя дорога, и он должен будет по ней пройти, а ты не имеешь права заставлять его идти по твоей дороге. Нельзя никого заставлять – вот главный закон, который надо помнить.

Он еще немножко подумал, протянул руку, ухватился за листик растущего рядом куста малины, потянул, словно собрался оторвать, но остановился и снова повернулся к Инне Ильиничне:

– А если я сейчас листик оторву?

– Зачем?

– Просто так.

– Тогда листик очень скоро засохнет и умрет. А если ты его не оторвешь, он будет жить до осени.

– Но осенью он же все равно умрет, – возразил мальчуган. – Осенью все листья умирают.

– Конечно, – согласилась она, – разница только в том, когда он умрет – через два месяца или прямо сейчас. И еще в том, как он умрет. Если ты его оторвешь, ему будет больно, он ведь живой и все чувствует. А в октябре он умрет постепенно и никакой боли не почувствует. Если тебе его не жалко – отрывай. Только помни, что его судьба – умереть осенью, а ты собираешься эту судьбу изменить, да еще и сделать ему больно. Выбирай.

– Не буду, – он положил руку на коленку, пощупал ладошкой свежую ссадину и непроизвольно поморщился. – А ягодку можно сорвать?

– Можно, – рассмеялась Инна Ильинична.

– А почему листик нельзя, а ягодку можно?

– Потому что ягодки природа придумала специально для того, чтобы люди их срывали и ели. У ягодки судьба такая – быть съеденной.

– А если я ее сорву, она будет моя?

Андрюша снова вернулся к тому, что волновало его на сегодняшний день больше всего. Инна Ильинична мысленно поставила это себе в укор. Ребенка интересуют вопросы собственности, а она уводит обсуждение в совершенно другую плоскость и морочит ему голову всякой заумью о судьбе и предначертании. Конечно, эти вопросы связаны друг с другом, но связь эта слишком сложна и глубока для дошкольника, да и не надо ему всего этого…"

"– Андрюшенька, деточка моя, – она обняла мальчика и слегка прижала к себе, – не думай об этом, иначе запутаешься. Есть простое правило: твое – это то, что появилось вместе с тобой на свет и умрет тоже вместе с тобой.