А ещё я пообещал им по бутылке портвейна за то, что они покараулят до утра в коридоре — на случай, если баба Люба покинет свой пост и вновь отправится на прогулку по кухням. Парни пообещали, что задержат вахтёршу и предупредят о её визите меня и Лену.
Но баба Люба ночью нас больше не побеспокоила.
* * *В воскресенье ровно в шесть утра в общежитие явился водитель директора швейной фабрики Дмитрий. Он вошёл вслед за мной в четыреста тринадцатую комнату, превращённую в склад для скоропортящихся продуктов. Окинул взглядом разложенные на столах поверх слоёв упаковочной бумаги ещё не покрытые глазурью, но смазанные кремом торты; с любопытством посмотрел на остывающие коржи, лежавшие на кроватях.
* * *"
"Дмитрий приезжал в общежитие с периодичностью в три часа. Каждый раз он увозил по девять-одиннадцать коробок с тортами.
Я отправил Кирилла и Артурчика грузить в машину Дмитрия коробки.
Вернулся на кухню, где Котова мыла посуду.
— Заканчивай это дело, — сказал я.
Махнул рукой.
— Сейчас найду добровольцев — перемоют всё это добро… за пару бутылок пива.
— Здесь немного осталось, — сказала Лена.
— Хватит, — сказал я. — Прекращай.
Котова послушно перекрыла кран, вытерла о фартук руки. Устало опустила плечи.
— В холодильнике на дверке две бутылки пива стоят, — сообщил я.
Лена кивнула.
— Не откажусь.
Мы вышли из кухни. Котова поплелась к моей комнате. А я отыскал Вову Красильникова — велел, чтобы он нашёл любителей пива для мытья скопившейся после кулинарного марафона посуды.
На удивление, Вова не ответил мне язвительной шуткой. Он сунул в рот сигарету, пригладил ладонью взъерошенные рыжие волосы. Вздохнул и покорно сообщил, что выполнит мою просьбу.
Я подошёл к своей комнате — предо мной резко распахнулась дверь.









