8
0
Фёдор вскочил с лавки, указал на меня рукой и заявил:
— Пацаны, это тот самый гад, о котором я вам говорил! Так и знал, что он вместе с этой дурой сюда припрётся!
Федя грозно сжал кулаки.
Меня и Фёдора Тартанова разделяли примерно пять метров застеленного подгнившими досками двора. Я преодолел их за две секунды. На «двоечку» не расщедрился — нанёс Феде только «прямой в челюсть».
Фёдор взмахнул руками, закатил глаза.
Четверо молодых мужчин и тощая Зина даже не пошевелились, пока Тартанов падал на землю.
Я обвёл взглядом собравшихся около стола людей и спросил:
— У кого-то ещё есть ко мне претензии?
Мужчины и тощая девица покачали головами.
"За моей спиной громко хмыкнул Артурчик.
— Замечательно, — сказал я. — Тогда никого не задерживаю, товарищи. Все свободны. Валите отсюда.
Наблюдал за тем, как приятели лежавшего на земле Феди Тартанова друг за другом поспешили к калитке. Около стола они оставили два черенка от лопат или граблей и похожую на дубину толстую ветку. На столе я увидел недопитые бутылки с пивом.
Заметил, что вслед за мужчинами дёрнулась к выходу со двора и тощая девчонка.
Скомандовал:
— Зина, останься.
Тартанова замерла, словно посмотрела в глаза Медузы Горгоны.
— За братом проследи, — сказал я, — пока он не очнётся.
Обернулся и встретился взглядом с глазами Анастасии Бурцевой.
Усмехнулся.
«Ну вот, Сергей Леонидович, — мысленно обратился я сам к себе, — „опора“ созрела. Где там твой „рычаг Архимеда“? Ты ведь всё ещё намерен перевернуть Землю?»
Глава 22
На крыше дома ворковали голуби. По небу метались крикливые чайки — они будто неразборчиво ругались на всех и вся смачными «морскими словечками».
— Я всё собрала, — сообщила Анастасия. — Можем идти.
Я заметил, что «ноша» тянула её к земле — на шее Бурцевой под загорелой кожей напряглась тонкая жилка.
— Всё, так всё, — сказал Артурчик. — Надеюсь, что возвращаться мы сюда не будем.
Он без особого энтузиазма посмотрел на чемодан. На чемодан взглянул и Кирилл: он будто прикинул, кто потащит эту громадину до пансионата.
