5
0– Только куда благороднее, возвышеннее и уж точно искуснее.
– Искуснее? – Тай подняла одну бровь, насмешливо оглядев Ветротретьего. – Это как понимать?
– Пан Чах имеет в виду трансформацию, – деликатно пояснил пан советник. В его голубых глазах, окруженных мелкими веселыми морщинами, затаился лукавый огонек. – Драконороги могут менять облик по своему желанию, поэтому их любовные отношения, гм… скажем так, весьма разнообразны."
"– То есть вы умеете превращаться, в кого пожелаете? – изумилась Тай. – Наверное, вам доступны любые фантазии…
И она послала Ветротретьему кокетливый взгляд.
– Да уж побольше чем вам, людям, – пробурчал пан Чах.
– А если драконорога полюбит женщина? – выспрашивала дальше Тай. В ее голосе появились странные, вкрадчивые нотки.
Пан Чах так возмутился, что закрыл глаза и, сердито пыхтя, сделал вид, что засыпает.
А вот пана Седрика вопрос по-настоящему позабавил.
– Для этого драконорогу надо сначала обратиться в человека, что случается очень редко. А вот человеку превратиться в драконорога практически невозможно. Если бы человек мог запросто стать одним из нас, то расы людей и драконорогов давно бы перемешались. Поэтому, к большому облегчению обеих рас, подобные случаи любви довольно редки.
Из лесной тьмы неожиданно выступил ослепительно-белый силуэт Каве. Огонь, бросающий на ее платье дрожащие отблески, еще более усиливал мистическое впечатление. С появлением девушки разговор тут же прервался.
Все уставились на нее, даже пан Чах вновь приоткрыл один глаз.
– Со мной все в порядке. – Ее голос прозвучал ровно. – Но я спать пойду, завтра тяжелый день.
– Иди, – разрешил пан Седрик, одновременно жестом руки останавливая Тай, пытавшуюся что-то добавить. – Утро вечера мудренее. Да и голова посвежее.
Девушка кивнула и удалилась в шалаш.
– Она же не ела… – тихо произнесла Тай. – Надо подкрепиться, ведь завтра…
– Все равно не захочет, – так же тихо ответил тот. – Да и сон для нее сейчас намного важнее, чем самая лучшая еда в мире.
Эта ночь стала для Каве самой страшной в ее жизни. Сквозь ветки шалаша мелькали красноватые отблески догорающего костра. А в душе разгорался настоящий пожар.
То, чего она боялась больше всего на свете, свершилось: Алексей снова встречается с Кристой, и на этот раз рыжая ведьма наверняка постарается его не упустить… Кто знает, не посылали ли они золотую чашку для Каве вместе? Смеясь над ней, писали записку… Алексей обижен, наверняка очень обижен за то, что Каве ушла в Чародол. Да, она виновата, и все же он слишком быстро нашел утешение. И в чьих объятиях!
Не сдержавшись, Каве приглушенно всхлипнула.
