7
0Простым и привычным окриком, как он понял, неповиновение решить было нельзя – упавшие духом воины путь к своему спасению могли проложить силой оружия. Нужно было вернуть управляемость.
- Вы, - капитан ткнул пальцем ближайшего к нему солдата. – Как только мы выходим, устанавливаете пулемёт сразу за воротами и будете прикрывать отход. Задача ясна?
- Да, - ответил боец совсем не по-уставному.
- Раненые в доме есть? – спросил Андреев, продолжая возвращать подразделению управляемость. – Лейтенант Свиридов!
- Есть один.
- Организовать эвакуацию! Вы, вы, вы и вы, - Иван указал на бойцов. – Берите плащ-палатку, если нет, то в доме берите одеяло, понесёте раненого!
Бойцы не сдвинулись с места.
- Несём раненого к реке! – Андреев повысил голос, задавая направление «на выход» из села, что сейчас должно было облегчить людям принятие тяжелого решения – что бежать им придётся не налегке, а с боевым товарищем в импровизированных носилках. – Действуем, ну!
- Ты – за одеялом в дом! – Свиридову вернулись командирские нотки, и он включился в процесс.
Люди, почувствовав на себе управление, поняв, что Андреев пытается организовать выход, а не гибельную для всех оборону, задвигались. Всё же отходить с командиром, пусть и значительно тяжелее из-за раненого, было более правильно, чем бежать без приказа.
Когда раненый уже лежал в одеяле, Андреев подмигнул ему:
- Никто тебя здесь не оставит, боец!
Свиридов чётко осознал, что этой фразой командир роты скорее не раненого приободрил, а упрекнул подчинённых в несбывшемся желании бросить своего товарища только потому, что было бы тяжело его нести к переправе.
- Готовы? – спросил Андреев бойцов.
Десяток человек сосредоточенно смотрели на дверь, ведущую на улицу, и нервно прислушивались к громким разрывам.
- Пулемётчик, пошёл, - Андреев толкнул дверь.
Боец с пулемётом ПК выбежал первым, и как договаривались, лёг на дорогу, обратив оружие в сторону врага. Следом выбежали остальные.
- Давай, к переправе, - сказал Андреев Свиридову. – А я пойду, второй и третий взвода выведу.
Однако, как Григорий не старался, сохранить управляемость не удалось. Близкий разрыв мины заставил бойцов бросить раненого на окраине села – страх превратился во всеобщую панику, и бойцы уже не слушались команд своего командира – что было сил они бежали к реке, словно там их ждало какое-то укрытие, способное защитить от обстрела. Над ними кружил квадрокоптер, оператор которого, очевидно, сейчас где-то потешался, наблюдая за бегством тех, кого он называл «орками».
- Не бросайте меня, товарищ лейтенант, - тихо выговорил раненый, когда Григорий склонился над ним.
- Если возьму на плечо, сможешь идти? – спросил лейтенант.
- Я попробую.
Свиридов расстегнул фастексы бронежилета, сбросил его с себя.
