Бывшие. Я до сих пор люблю тебя

Она по-деловому кивает, будто принимает правду:

— Так, мне кажется, сейчас нужно кое-что прояснить. Предлагаю всем отправиться к нам домой. Все-таки выставка — не место для обсуждения таких новостей, — бросает на Инессу укоризненный взгляд.

Ощущение, что я тут лишняя, давит, как мраморная плита.

— Простите, — шепчу едва слышно и резко поднимаюсь на ноги.

— Тамила! — Герман тут же реагирует, спешит ко мне, но я выставляю вперед руку.

— Герман, Ирма права. Вам с Инессой нужно поговорить, — мой голос позорно дрожит.

— Нет, Тами… — снова тянется ко мне.

— Мы поговорим потом, Герман, — чеканю.

Неожиданно вмешивается человек, от которого я ожидаю этого меньше всего. Владимир задвигает меня за себя и смотрит на Титова:

— Герман, твоя мать права. Поезжайте. Я отвезу Тамилу домой.

— Тамила… — Герман переходит на рык, но он заглушается шквалом голосов, а Володя, как послушную куклу, тянет меня за собой.

— Скажи своей помощнице, что ты уезжаешь. Вечер почти закончился. Уже не страшно, — командует строго. Так, что у меня даже не возникает мыслей воспротивиться.

Я отдаю Вале бразды правления, а сама иду, ведомая Володей.

Глава 39. Я все равно не вернусь к тебе

Герман

За несколько минут до представления

— Слушай, Вова, я не хочу оправдываться перед тобой, но и замалчивать ситуацию тоже вроде как некрасиво. Я не отпущу ее. Мы вместе. Да, я влез в ваши отношения, но по-другому больше не мог.

Владимир смотрит на меня свысока, но без неприязни. Только выгибает бровь:

— Где ж ты был тринадцать лет? Пока она не спала ночами, когда у Эми были колики, и потом, когда лезли зубы, когда пошли детсадовские болячки? Школа и так далее?"

"— Ты поверишь мне, если я скажу, что всегда был рядом? Да, не ежедневно.

Она и не подпустила бы меня к себе так близко. — Тру пальцем подбородок. Сложно все объяснить, на самом деле. — Тами тогда пыталась начать жить сначала, на свидания стала ходить. А я караулил ее у подъезда и всех ухажеров пробивал. Как параноик, ей-богу. То, что с маленьким ребенком сложно, я знал не понаслышке — и был рядом, Вова. Пусть не все время, но тогда, когда она подпускала к Эми. Когда та подросла, стал забирать к себе с ночевкой, возил в школу и помогал с уроками. Упрекать меня неисполнением родительских обязанностей не надо. Я дочь люблю и всегда делал для нее все что нужно.

— Хорошая речь, Герман, — Владимир не высмеивает меня, говорит серьезно. — Только где тут причина, по которой ты решил вернуть свою бывшую жену?

— Наверное, не тебе мне рассказывать о причинах, Вова. Единственный человек, перед которым я должен объясниться, — Тамила.

Он отстраненно кивает и поджимает губы.

— Да, наверное, ты прав. Но и ты тоже меня пойми. Тамила дорога мне. И у меня все к ней серьезно. Было и есть, Герман.