2
0Титов собственнически кладет одну руку мне на талию, а вторую протягивает Владимиру.
— Привет, Герман.
— Поговорим? — спрашивает Титов.
— Я без претензий, Герман, — Володя пожимает плечами.
Но Титов все равно настойчив.
— Тами, мы пообщаемся с Владимиром? — продолжает он мягко.
— Конечно. Только без сцен, Титов.
— За кого ты меня принимаешь? — он реально обижается. — Это твоя выставка, и я прекрасно понимаю, как она важна для тебя. Мы просто поговорим, как два взрослых человека. Вот и все.
— Не переживай, Тамила, — Володя тут же подключается. — Иди к гостям.
Продолжаю общение с гостями, а сама поглядываю на мужчин.
— Мне кажется или твой травматолог впервые пришел на выставку? — Ирма, мать Германа, появляется как черт из табакерки.
Видимо, Герман не успел рассказать родителям, что мы с ним сошлись.
— Да, впервые, — отвечаю я. — Только он не мой…
У меня не получается закончить фразу, потому что в галерею решительным шагом входит Инесса. Увидев меня, она берет четкий курс и подходит вплотную.
Черт, я же ей тоже отправляла пригласительный, еще когда не знала, что они с Титовым разошлись.
— Тамила, мне нужно поговорить с тобой, — ее подбородок дрожит, того и гляди она разрыдается. — Наедине.
— Пойдем в малый зал.
Уходим с Инессой в приватный зал. Тут сейчас пусто.
Я включаю свет, оборачиваюсь, и в этот момент Инессу прорывает. Она принимается рыдать. Некрасиво размазывает потекшую тушь по щекам.
— Я беременна, Тамила! Отец, как ты понимаешь, Герман.
Глава 38. Ведомая
Тамила
Как ушат ледяной воды. Аж голова начинает кружиться.
— Зачем ты мне все это говоришь, Инесса? Иди к Герману.
Мне дорого стоит держать лицо перед этой женщиной, хотя на самом деле хочется по-детски разреветься.
— А ты не понимаешь, почему я пришла к тебе? — шмыгает носом и растирает глаза, оставляя на веках черные полосы туши.
— Ума не приложу, — я будто заторможена.
Мне кажется, даже кровь медленнее течь стала.
— Он держится за тебя, — губы Инессы дрожат. — Пока ты его не пошлешь, он не уйдет. Так и будет бегать за тобой.
— Ты-то откуда знаешь? — нахожу в себе силы усмехнуться."
"— А ты думаешь, я совсем дура? Или слепая? — неожиданно слезы у нее прекращаются, и на первый план выходит злость.
— Почему?
— Хочешь сказать, не знаешь?
— Не знаю.
— У него память на телефоне забита твоими фотографиями. И старыми, и новыми. Какие-то видео столетней давности, где ты с пузом. Он тебя фотографирует, ты разве не в курсе? Пока ты не видишь, делает снимки, а потом любуется на них, когда думает, что я не замечаю.
Я молчу.
