5
0
А пока Бранвен уже вошла в дом, и ходила там от стены к стене, и трогала сундук, и стол, и лавку, и доставала утварь из сундука, и отправляла Джорджи набрать и натопить снаружи снега, и Катерина не успела оглянуться — как перед каждым из них уже стояла чашка с дымящимся отваром неведомых трав.
— Я права, матушкины запасы в неприкосновенности, — усмехнулась сова и показала неизвестное Катерине небольшое подполье — крышку люка под кроватью, прикрывавшую, как оказалось, невеликую ямку с деревянными и металлическими коробками, и узелками, и чем-то ещё. На удивление там было сухо — магия, не иначе.
— Наверное, всё это может принести пользу, если взять и применять? — нахмурилась Катерина.
— Наверное, — в тон ей ответила Бранвен. — Если что-то из этого тебе знакомо — бери и используй. Матушка точно не обидится.
— Эх, — Катерине осталось только вздохнуть.
Потому что ничего знакомого там не было.
— Значит, рысьи когти, — Бранвен достала жестяную банку и открыла её. — Да, вот они, всё верно.
Катерина заглянула. По виду растение напоминало известный ей верблюжий хвост, который привозили из Восточного Саяна, собирали кусачками и ими же измельчали, чтобы заварить, потому что растение имело вид жёсткого стебля, обросшего колючками. Здесь стебель тоже оброс колючками, но они были очень похожи на когти. По размеру — на кошачьи, у рыси, наверное, будут покрупнее.
— Заваривать? — спросила Катерина.
— Заваривать, настаивать и по десять капель добавлять в ложку гусиного жира, — кивнула Бранвен."
"Далее оказалось, что заваривать нужно на водяной бане, потом остужать, и потом только добавлять в подогретый жир, размешивать хорошенько, добавляя толику магической силы, и снова студить. И потом уж натирать. Обязательно надевать кожаную перчатку — вот, тут лежит подходящая, возьми, а то у тебя, наверное, и нет. И в той посуде, в которой заваривать, никакой пищи более не готовить — никогда. А натирать тоже в перчатке, больному всё равно несладко придётся, но — хоть свои руки сберечь. А у больного мазь должна разогнать кровь в поражённых конечностях — и случается, что помогает. Больной скорее всего будет вопить и сквернословить, это обычное дело даже когда речь идёт о приличных людях, а тут, гм, — Бранвен усмехнулась. И добавила, что — всё это только в том случае, если Катерина готова связываться с таким неблагодарным делом. Больного натереть, оставить на четверть часа, тем временем нагреть ванну воды и по истечению времени больного помыть — чтобы мазь не разъела кожу. Но с этим уже, надо полагать, справится кто-нибудь из ближних людей больного, и тоже пусть наденет какие-нибудь старые перчатки. Процедуры повторять дважды в день — если больной сможет терпеть, если не сможет — то раз в день, в одно и то же время.
