5
0
Тогда ничего удивительного, что его сделали послом! Потому что никакой другой причины Катерина придумать не смогла.
— Наверное, мы сможем углубиться в наш религиозный диспут потом, когда решим нашу насущную проблему — если захотим, — тем временем продолжал Жиль. — Рассказывайте, всё и подробно. Кто начал, кто видел, кто пострадал. Сколько у нас сейчас возвращающихся."
"— Новый же есть, слышали? — мрачно глянул Джейми. — Молочный брат Роба. Дик Трейси его не удержал, говорит — тот как в десять раз сильнее стал, и никогда при жизни так не мог, как звало и тянуло его что. Вырвался и ушёл.
— Ну так и звало, и тянуло, всё верно, — кивнул Жиль. — Рассказывай. Кто вернулся первым?
Джейми принялся рассказывать — о леди Маргарет, о Нэн, Мэгги, Полли и о ком-то там ещё.
— А про Роба она лучше знает, — и кивнул на Катерину.
— Прошу вас, миледи, — учтиво поклонился и поёрзал коленкой о коленку, паршивец. — Пожалуйста. Я понимаю, что воспоминание не самое приятное, но — ничего не поделаешь.
Пришлось Катерине рассказывать — как она пыталась удержать Роба — сначала просто напоминала, чтоб не выходил из комнаты, из-под её какой-никакой защиты, а потом — как она ночью звала его обратно, и Маргарет звала, и он ушёл за матерью.
— Я… я до сих пор думаю, что могла что-то сделать. И не сделала. Не знала, не догадалась.
— Угу, могла. Стукнуть его по голове чем-нибудь тяжёлым, чтоб до утра пролежал. Кроме шуток — это работает. Уводят только тех, кто в сознании и согласен пойти добровольно.
— Да ну, не верю я, что добровольно, — усомнился Джейми.
— Ганс, напомни-ка теорию. Кто чаще всего возвращается? — спросил Жиль старшего из своих мальчишек.
Тот сел ровно, подтянулся и принялся отвечать — прямо как на уроке, надо же!
— Возвращаются те, у кого остались на земле неоконченные дела. Эти дела им настолько важны, что они не помнят о своей смерти, и приходят туда, где жили, будто их земное существование продолжается. Возвращаются сильно любящие и не желающие, чтобы объект их любви был счастлив с кем-то ещё. Возвращаются матери — если они уверены, что за их детьми некому присмотреть. Возвращаются те, кто не довёл до конца что-то, важное не только для них, но ещё для большого количества других людей. Или просто под воздействием сильных страстей — тоже возвращаются.
— Так, хорошо. Оливье, есть что сказать?
— Да, — чёрные глазищи блеснули. — Чаще возвращаются ради своих личных страстей и дел, чем ради кого-то другого. Но если вернувшийся пришёл не ради того, чтоб кого-то забрать, а чтобы предупредить о чём-либо или спасти — то ему это зачтётся.
— Вот прямо зачтётся? — усмехнулся Жиль.
— Он не просто развоплотится, когда его настигнет заслуженная кара, но душа его получит свободу.
