5
0
Катерина осветила рабочий стол, а то было очень плохо видно — нечего глаза портить, ещё пригодятся! Тем временем ей принесли хлеба с сыром, и каши, и молока, и она всё это съела, потому что проголодалась зверски. Значит — нужно иметь при себе кусочек сыра и вяленого мяса, на всякий случай — вдруг снова упадок сил?
Инспекция замковых работ показала, что — все на месте, вчерашнюю застрявшую в дверях штуку разрубили на части и вынесли в общую кучу, и раскопали ещё один сундук — наверное, тоже с вещами, если миледи желает — вытащим на солнышко.
Миледи желала, сундук вытащили — вчерашний спасённый Чед и Чарли, и подняли крышку. В сундуке лежали сапоги — несколько пар, поясные сумки, ремни и ещё какие-то кожаные предметы. Все заплесневелые. Мерзкие на ощупь, и пахли соответственно. Когда Катерина наклонилась поворошить — её чуть не стошнило прямо в тот сундук, пришлось спешно отходить и дышать. К счастью, позвали к обеду, поэтому она велела оставить сундук открытым — пусть проветривается, а осмотром займёмся потом.
В принципе, коврик шился уже не только без участия Катерины, но и без Грейс с Милли. Поэтому после обеда она велела обеим замотать носы тряпицами, попросить у Дороти какую-нибудь тряпку размером побольше и уксус, расстелить её на улице под деревьями и при помощи Чеда и Чарли вывалить на тряпку содержимое сундука.
Конечно, Катерине в жизни приходилось сталкиваться с плесенью, но в промышленных масштабах — раньше ни разу. А тут были именно промышленные масштабы, и очень приличная кожаная обувь оказалась вся покрыта сизым склизким налётом.
Первый попавшийся сапог поддался магической очистке — не сразу, в два этапа, но поддался. И потом ещё Катерина догадалась заглянуть внутрь — а там тоже было интересно. Но — плесень и внутри оказалась побеждена. Правда, это был всего один сапог, а в куче лежали ещё несколько пар. И — никто, кроме тебя. Так что — вдох, выдох и вперёд.
Сложилась такая схема: Катерина убирает плесень и передаёт предмет Грейс или Милли, кто свободен, и дальше уже его обрабатывают раствором уксуса и начищают. Схема работала, горка сапог и ремней понемногу уменьшалась. И совсем растаяла как раз незадолго до заката — очень вовремя, не пришлось ничего оставлять на следующий день.
Всё время вокруг ходили разные люди. Мужики, разбиравшие завал, косились с любопытством — надо же, какое диво, магия. Впрочем, идея о том, что хорошую, хоть и немного пострадавшую вещь можно привести в порядок и использовать дальше, была здесь близка абсолютно всем. Как поняла Катерина, вещи донашивали до такого состояния, пока их уже нельзя было никак отремонтировать — что одежду, что обувь. Не на праздник, так на работу, не на работу — так в огород или за дровами.
