Лучше, если участок пляжа будет пошире, если будет возможность при высадке рассредоточиться по берегу в укрытиях, если последует нападение. Буторин понимал, что все это условности, что если в лесу их ждет засада, то нападать сразу не будут, подождут, когда русские подойдут к лесу, и тогда атакуют. Но это теория, а опасность хотелось свести к минимуму. Да и есть ли засада, если русское судно появилось только на рассвете и сразу спустило шлюпку. Очень сомнительно, что здесь, на берегу, имеется засада и они хватают всех, неосторожно высадившихся.
– Слава, к берегу, – скомандовал Буторин.
Шлюпка шла перпендикулярно к берегу. Лейтенант сбросил газ, и судно продолжило двигаться по инерции. Еще несколько секунд, и нос шлюпки мягко ткнулся в прибрежный песок вперемешку с мелкими камнями. Буторин и Хейли первыми выпрыгнули на сушу с винтовками на изготовку и поспешили вперед, где метрах в пятидесяти от уреза воды виднелись каменные нагромождения.
Но вот последовал знак Буторина. Парамонов и Коган двинулись вперед к камням, а Буторин и Хейли поднялись и поспешили к зарослям.
– Надо подняться вон туда и осмотреться, – предложил Парамонов, указав на невысокий холм. – Мне кажется, с него будут видны оба берега. И наш, и противоположный.
– Нам не стоит разделяться, – покачал Буторин головой. – Заросли, опасность может появиться откуда угодно. Держимся все вместе. Пошли!
И группа потянулась вверх по холму между деревьями, двигаясь змейкой. Рыхлый грунт, обилие плетущихся растений – все это не способствовало быстрой ходьбе. Да еще в гору. Постоянно спотыкаясь и поскальзываясь, оперативники все же поднялись на холм. К огромному удовольствию оказалось, что верхушка холма не очень заросла тропической растительностью.









