Босс для Гадкого утёнка (СИ)

На собеседовании я была ему настолько неинтересна, что он взглянул всего один раз. А потом процедил пару-тройку стандартных вопросов, не отрывая взгляда от компьютера, и небрежно расписался на бланке для отдела кадров.

— Я же говорил, — удовлетворённо хмыкает слащавый визажист Алекс. — Глянь, какие изящные линии скул, форма глаз и бровей. Интересное лицо, да? С изюминкой. И макияж лег как надо. Рекомендую присмотреться к девочке.

Он обращается к боссу так по-свойски, что мне становится ясно — они хорошие знакомые. Возможно, даже приятели.

— Вижу… — взгляд босса останавливается на моих свеженакрашеных губах, и почему-то их начинает покалывать, словно горячими иголочками.

Я наконец выхожу из ступора и делаю попытку встать.

— Сидеть! — мгновенно реагирует слащавый.

От возмущения меня буквально подбрасывает со стула, и у меня вырывается:

— Ну, знаете ли… я вам не собака!

— Видно, что не собака, — Тимур Аркадьевич кладет мне руку на плечо и каким-то вкрадчиво-мурлыкающим, как у мартовского кота, голосом говорит: — Ты девушка. Хотя нет… Ты просто огонь, а не девушка.

— Так, — снова хмыкает слащавый, — вы тут обсуждайте, а я пойду первую партию косметики по этим пробникам закажу. Ты ведь их только что одобрил, как я понимаю..? Эй, Тимур! Ау!

Босс отрывает от меня взгляд с трудом, и это кажется мне совершенно невероятным. Серьезно, фантастика какая-то! Как будто я попала в другую реальность, где от моей неземной красоты мужчины готовы добровольно в штабеля у моих ног складываться.

— Да, — отмахивается он. — Считай, что одобрил.

Как только мы остаемся наедине, Тимур Аркадьевич с возмутительной самоуверенностью перекладывает руку с моего плеча на моё же колено… и властно сжимает его.

Его недвусмысленный мужской посыл понятен без слов.

Я медленно поднимаюсь наконец со стула, стискивая кулаки от злости и неконтролируемой дрожи где-то глубоко внутри.

Вот ведь блин! Несмотря на то, что босс известный бабник и обращается со мной, как с легкодоступной девицей, его прикосновение безумно волнует и будоражит мою женскую суть.

"— Так как насчёт ужина, малышка? — в его тоне слышится непререкаемая убежденность, что его вопрос — риторический. И ответ будет на сто процентов лишь один: большое и громкое «да».

— Нет! — холодно объявляю я и делаю попытку обойти босса с левой стороны.

Он молниеносно преграждает мне путь.

— Что ты сказала?

— Я сказала, что меня это не интересует.

Я дергаюсь в правую сторону, но и там меня останавливает его рука.