307
0— Лекарства ему сейчас не помогут, он и так уже напичкан всем, чем можно! Только «Искра»! Держим его!
Я приложил обе ладони к груди мужчины, вливая в него всю свою энергию. Это было все равно что пытаться залатать дырявое ведро. Моя «Искра» утекала в бездонную пропасть его угасающего тела, почти не давая никакого эффекта.
— Помогайте! — крикнул я, чувствуя, как у самого темнеет в глазах.
Вероника и ординатор тут же приложили свои руки рядом с моими. Три, почти иссякших потока энергии слились в один, и только тогда я почувствовал, что нам удалось зацепиться.
Мы едва-едва удерживали его на грани, не давая сорваться в пропасть.
Наконец, с горем пополам, писк аппаратуры стал чуть ровнее. Ритм сердца стабилизировался. Он все еще был здесь. Я отнял руки, чувствуя полнейшее опустошение. Голова кружилась, ноги стали ватными. Вероника, обессиленная, буквально рухнула на стул.
— Что… что с ним такое? — прошептала она.
— Пока не могу сказать точно, — мотнул головой я.
Я ничего не успел увидеть."
"«Сонар» только начал показывать общую картину воспаления, я еще не дошел до очага, как его состояние обрушилось.
— Мне нужно дополнительное обследование, — твердо сказал я. — Мне нужно УЗИ.
— Да вот… у нас есть переносной аппарат, — ординатор, кажется, немного пришел в себя. — Можно прямо здесь в палате сделать.
— Круто, как у вас все-таки во Владимире устроено, — я позволил себе мрачную усмешку. — Сразу видно, областной центр. У нас в Муроме один такой аппарат на весь этаж, и то, если повезет.
Ординатор неловко пожал плечами и подкатил к нам аппарат.
Я взял в руки датчик. Теперь оставалось полагаться только на свой старый, «до-магический» опыт. На глаза и руки. Я нанес гель на живот пациента и начал исследование, вглядываясь в мутную, черно-белую картинку на экране.
Петли кишечника, асцитическая жидкость, увеличенная селезенка… Все это было ожидаемо. Но я искал другое. И наконец начал это видеть. Сначала один, едва заметный, неправильной формы контур, спрятавшийся за печенью.
— Вот оно, — сказал я тихо, не отрываясь от экрана. Вероника и ординатор тут же склонились надо мной. — Вероника, видишь эти темные, неоднородные участки с нечеткими контурами? Это абсцессы. Множественные абсцессы в брюшной полости. Инфекция не просто разлита. Она спряталась в эти изолированные гнойные карманы. И именно из-за них антибиотики не могли добраться до основного очага в нужной концентрации, они лишь временно сбивали общую интоксикацию, не убивая врага в его «крепостях».
