9
0
Не буду отрицать, что такие мысли действительно посещали мою голову после того, как он устроил засаду перед особняком Язычников и привел меня сюда. Он определенно дал понять, что в этой его игре есть что-то большее.
А может быть, это еще один способ запудрить мне мозги, и мне нужно перестать нервничать.
— Вот тебе совет, — он поглаживает коня, которого съел несколько минут назад, между пальцами. — Не обязательно спорить со мной по любому поводу. Хотя это и заводит во время секса, в остальное время меня это не волнует.
— Вот это новость. Меня не волнуют твои предпочтения.
— А стоило бы. Учитывая, что в дальнейшем они будут занимать центральное место в твоей жизни.
— Не много ли высокомерия?
— На мой взгляд, в самый раз.
— Твое мнение, как и вся твоя личность и существование, ужасно несовершенно и нуждается в отчаянном переосмыслении.
— О? — он зажал коня между указательным и средним пальцами. — А я-то думал, что до сих пор прекрасно справлялся.
Я с невинной ухмылкой сбиваю его ладью.
— Ты ошибался. Но никогда не поздно начать быть порядочным человеком.
— Мысль о порядочности надоела мне до слез, поэтому я склонен проигнорировать это предложение.
— Почему?
— Я не придерживаюсь праведных взглядов, к которым стремится большинство людей.
— Мне ли не знать. Ты больше заинтересован в хаосе и беспорядке.
Улыбка растягивает его губы, и я на мгновение отвлекаюсь от доски. Все, что мне остается — это смотреть, как в его обычно мертвых глазах мерцает свет, посылая в них яркие искорки. И эта уже не та его обычная дразнящая ухмылка с примесью сардонической иронии. Пожалуй, это самое близкое подобие улыбки на его скульптурном лице.
И я имею в виду не то, что у него острая челюсть, а то, что он действительно так же холоден и безэмоционален, как и его статуи.
— Туше.
Я прочищаю горло, а затем показываю:
— Как насчет того, чтобы для разнообразия заняться чем-нибудь другим? Ты можешь начать с маленьких шагов.
— Например?
— Может быть, перестанешь похищать людей и увозить их против их воли?
— Но как еще я смогу заполучить все твое внимание, которое не будет запятнано нянченьем с Майей или преследованием Язычников, как будто ты потерянный щенок? — он толкает свою вторую ладью, снова ставя ее в явно уязвимое положение.
— Ну, они совершили ошибку всей своей жизни. Брэн гораздо симпатичнее тебя. На самом деле, вы на разных планетах и даже не сравнимы, — я сузила глаза на ладье.
Во что он играет? Должен быть какой-то тайный ход, который он пытается провернуть, но какой? Он уже потерял одну ладью, а жертвовать второй сразу после первой — просто безрассудство.
